[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "flvn" } } } ] { "gtm": "GTM-NDH47H" }
{ "author_name": "Редакция DTF", "author_type": "self", "tags": ["\u0438\u043d\u0434\u0438","\u0438\u043d\u0434\u0438\u0434\u0435\u0432"], "comments": 0, "likes": 18, "favorites": 0, "is_advertisement": false, "section": "pro" }
9 741
Gamedev

«Они украли мою игру»: Инди-разработчик обвинил крупного игрового издателя Ketchapp в краже его проекта

Мэтт Акинс, разработчик невыпущенной мобильной игры Rotable, в своём блоге на Medium рассказал о том, как известный игровой издатель Ketchapp украл у него идею игры, которую он надеялся выпустить вместе с Ketchapp.

Позднее молодой человек обнаружил, что Ketchapp позаимствовал не только его идею, но и механику игры Pongo Pongo, представленной в App Store ранее.

ЦП публикует адаптированный перевод заметки.

Они украли мою игру

По словам Акинса, в вечер, когда он обнаружил «кражу», он изучал топ бесплатных игр в App Store, как делал это каждый вечер в течение года — чтобы узнать, как изменился рейтинг и на каком месте сейчас Flappy Bird.

Но этот вечер отличался от других — я увидел на 20-м месте Circle Ring. Я не мог поверить своим глазам. Этого не может быть. Я кликнул на иконку. Посмотрел на скриншоты. Скачал приложение.

Один из крупнейших игровых издателей на iOS-рынке просто украл мою игру.

Мэтт Акинс, по его собственным словам, всегда хотел заниматься разработкой игр — ещё с тех пор, как был ребёнком. Проектировать миры, которые нужно будет исследовать пользователям. Это желание пришло к нему, когда он играл в The Legend of Zelda: Ocarina of Time.

Когда Акинсу было семь лет, он увидел в журнале Nintendo Power рекламу хорошей игровой школы. Через десять лет молодой человек оставил родной город и переехал в Редмонд, штат Вашингтон, чтобы поступить в школу игровых разработчиков.

Уже спустя три месяца обучения Мэтт Акинс понял, что поступил неправильно. В школе преподавали, по его словам, профессора, которые не имели ни малейшего понятия, как устроена индустрия. Они сразу предупредили всех учащихся, что те могут оставить мечту о дизайне захватывающих сцен и попытаться смириться с тем, что всю оставшуюся жизнь они будут программировать в своём тесном кабинете.

В конце первого года обучения Акинс бросил школу.

Я знал, что есть другие пути стать игровым разработчиком. Например, путь, который в столь нежном возрасте сулил мне журнал Nintendo Power.

В это время в App Store появилась нашумевшая игра Flappy Bird. Поиграв в неё, Мэтт Акинс осознал, что он будто бы перенёсся во времена, когда играл в Legend of Zelda. Взлёт игры на вершины рейтингов приободрил и вдохновил разработчика, и он решил, что App Store — и есть ключ к успеху.

По словам Акинса, он знал, что легко сможет соперничать с играми, которые находились на вершинах чартов — они, по его мнению, в большинстве своём были слишком плохи. Однако и о создании новой Legend of Zelda пришлось на время забыть.

Мэтт Акинс начал разработку игры для iOS. Он основал собственную студию — Palette. Акинс горел энтузиазмом: теперь он мог сам распоряжаться своей судьбой и даже приносить радость другим.

Спустя год Акинс освоился в написании простых головоломок. Своей главной разработкой Мэтт Акинс считал Rotable — игру, напоминающую «круговой» Pong. Хотя все проекты были готовы к выпуску, и играть в них, по словам самого создателя, было довольно весело, Акинс сомневался — ему казалось, что он начинает походить на тех профессоров из школы, где он не доучился, которые ограничили свой кругозор до одной приставки.

Акинс осознал, что ему нужно продвигать игры. Каждый день в App Store публикуются сотни игр, и те из них, которые «выстреливают», чаще всего, имеют за собой огромную финансовую и маркетинговую поддержку, говорит он.

Тогда разработчик решил найти издателя.

Мне нужна была компания с ресурсами, которая могла бы поднять мои игры на вершины рейтингов, чтобы о них узнали все пользователи App Store. Компания, которая не знает сожалений и не испытывает угрызений совести.

Кто-то вроде Ketchapp.

По словам Акинса, в то время, когда он каждый день настойчиво изучал чарты App Store, он обнаружил, что именно Ketchapp выпускала самое большое количество игр. «Казалось, каждые две недели они выпускали какое-нибудь новое дерьмо. Amazing Brick, Amazing Thief, Don't Touch the Spikes, и, наконец, пресловутый хит 2048 — точный клон игры Threes».

Разработчик понял, что Ketchapp — именно та команда, которая может привести его к успеху. Тогда Акинс стал искать информацию о сотрудниках компании на LinkedIn. Оказалось, что основателями студии являются два брата-француза — Мишель и Антуан Морко. «Я начал фантазировать о том, как они живут: вот Мишель ест дорогущий багет, а Антуан придумывает какую-нибудь очередную игру».

Разработчик ознакомился с инструкциями, данными на сайте компании, и выслал издателю свою игру Rotable. Однако прошло несколько дней, а ответа всё не было.

Акинс поставил перед собой цель — во что бы то ни стало связаться с Ketchapp. Он слал письма на электронную почту, упоминал компанию в твитах, отправил несколько сообщений на Facebook. В конце концов, Антуан обратил на него внимание — через Twitter. «У игры минималистичный и приятный стиль, — отметил он. Но мы всё ещё не уверены насчёт геймплея». Мишель же был более категоричен: он сказал, что издатель не будет заниматься выпуском игры.

Как пишет Мэтт Акинс, он был удовлетворён тем, что получил хоть какой-то фидбек, отказался от разработки Rotable и принялся за другие проекты. Акинс был рад, что теперь у него есть связь с таким крупным издателем, и, вдохновлённый, он начал создавать новые игры.

А затем они украли мою игру. Всю, начиная от концепции до геймплея. Единственное, что они изменили — схему управления, но она была хуже, чем моя.

Как оказалось позднее, рассказывает Акинс, схема управления была скопирована издателем из другой похожей игры.

Circle Pong — игра, которая появилась в App Store, была разработана студией App Cow.

Правда, отмечает Акинс, согласно документам, она появилась в App Store раньше, чем разработчик послал свою игру в Ketchapp, однако до последнего обновления в декабре не попадала в рейтинги бесплатных игр — Акинс считает, что до этого релиза под названием Circle Pong скрывалась совершенно другая игра. По его словам, Apple позволяет полностью менять концепцию и внешний вид игры.

Позднее Акинс обнаружил, что ещё до того, как он отправил Rotable в Ketchapp, в App Store уже была ещё одна игра, которая по своему внешнему виду также напоминает Circle Pong — проект Pongo Pongo. «Очевидно, что сама идея круглого Pong не так уж оригинальна», — отмечает он. Однако разработчик призывает обратить внимание на мелкие детали — по его мнению, они скопированы именно из его игры.

Доказательством того, что издателем игры является Ketchapp, по мнению разработчика, служит то, что стартовые экраны в игре от App Cow и другой игры от Ketchapp выполнены в одном стиле:

Кроме того, звук, сопровождающий проигрыш, в этих двух играх практически идентичен. А издатель этих игр в магазине мобильных приложений Amazon и вовсе один и тот же — некто Oblie Glob.

интервью изданию TouchArcade и Ketchapp, и App Cow опровергли догадки Акинса о связи между двумя компаниями.)

Почему Ketchapp практически невозможно привлечь к ответственности

Как отмечает Мэтт Акинс, Ketchapp располагает огромным количеством средств, издаёт игры каждые две недели — и может отвергать разработчиков ровно столько, сколько того хочется команде. В то же время вряд ли кто-то из молодых независимых разработчиков пожалуется на компанию, если та украла игру — всё равно без издателя продвинуть её было бы практически невозможно.

И разработчики, по мнению Акинса, всё равно будут присылать им свои игры — вместе со всей документацией — в надежде на то, что получат поддержку от крупного издателя.

Я расстроен. Я расстроен тем, что Nintendo Power сулит мне большое будущее, профессора в школе велят сдаться, а создатели Ketchapp могут просто жевать багеты и воровать чужие игры.

Ещё сильнее, как говорит Акинс, его расстраивает то, что на рынке могут процветать только те, у кого уже есть деньги. И исправлять ситуацию — не в интересах Apple, считает он. И не в интересах разработчиков, которые приносят Apple большие деньги. Так что ситуация, пишет Мэтт Акинс, вряд ли изменится в ближайшее время.

Я ничем не лучше, чем сами создатели Ketchapp в начале их карьеры. Я всё ещё хочу разрабатывать простые игры, которые взлетали бы на вершины рейтингов, и хочу создавать удивительные миры, которые я исследовал, будучи ребёнком. И я хочу, чтобы другие начинающие разработчики не попали в такую же историю, как я.

Сам Акинс отмечает, что написал эту историю не для того, чтобы пожаловаться, а для того, чтобы призвать других разработчиков не бояться публиковать игры самостоятельно. Ketchapp, по его мнению, можно свергнуть, — ведь они даже не разрабатывают игры самостоятельно, — нужно лишь приложить к этому усилия и не поддаваться давлению компании.

#инди #индидев

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Узнавайте первым важные новости

Подписаться