[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-250597-0", "render_to": "inpage_VI-250597-0-549065259", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxeub&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&puid32=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Антон Датий", "author_type": "self", "tags": [], "comments": 23, "likes": 15, "favorites": 0, "is_advertisement": false, "section_name": "gamedev", "id": "1619" }
Антон Датий
6 320
Gamedev

«Условия труда нужно пересмотреть»: актёр озвучивания игры Final Fantasy XV о массовой забастовке против издателей

Руководитель звукозаписывающей студии Strategic Music Дмитрий Кузьменко взял интервью у Рэя Чейза — актера озвучивания, принявшего участие в массовой забастовке против игровых издателей.

За плечами Чейза несколько десятков проектов, среди которых есть как видеоигры, так и популярные телевизионные и аниме-сериалы. Последняя его работа — озвучивание принца Ноктиса, главного героя выходящей в ноябре ролевой игры Final Fantasy XV.

Поделиться

В избранное

В избранном

Рэй, привет!

Видел фото, на котором ты стоишь среди бастующих. Что думаешь по этому поводу? Действительно ли это все нечестно?

Привет! На фотографии я выступаю в качестве участника профсоюза. Почти любая работа, которой я занимаюсь, организована под контрактом профсоюза. Таким образом я договариваюсь о зарплатах, получаю страховку и пенсионные отчисления. Контракты во всех остальных медиа — рекламе, закадровой озвучке, анимации — обновляются с течением времени, чтобы соответствовать изменениям на рынке. Видеоигровые контракты не менялись уже двадцать лет, несмотря на то, как сильно изменилась индустрия. Условия труда нужно пересмотреть.

Какие вещи в текущем положении дел раздражают больше всего?

Высокая нагрузка на голос и отсутствие прозрачности. Актеры озвучки имеют право знать, над каким проектом они работают. Кроме того, все проекты, над которыми я работаю помимо видеоигр, предусматривают второстепенные платежи — за их счет я и живу. Нельзя полагаться только на гонорары от записи.

Ты имеешь в виду роялти?

Да, роялти.

Работа над видеоигрой ставит твой голос под угрозу, предлагая взамен очень маленькую компенсацию. Мы просим только 200 долларов за каждые 2 миллиона проданных копий.

То есть если игра продается 10-миллионным тиражом, актер запрашивает лишь тысячу долларов в качестве роялти?

Максимум — 800 долларов. Поэтому даже если тираж игры достигает 20 миллионов, я получаю 800 баксов.

Ты срывал голос? Как это влияет на рабочий процесс?

Конечно, много раз. Это стопорит работу на несколько дней.

Говоря об отсутствии прозрачности, ты имеешь в виду то, что актеров не посвящают в детали процесса полностью, или вы просто не имеете права рассказывать о том, над чем работаете?

Первое. Мы не знаем, над какой игрой работаем. Это очень странно в отличие от любой другой профессии.

Предположим, игра продалась двухмиллионным тиражом, и в процессе озвучки ты сорвал голос. Ты все равно получишь только 200 долларов? Не больше?

Конечно, нет. Но, надеюсь, в течение следующих 50 лет актеры озвучки будут получать компенсацию, равную компенсации аниматоров. Мы хотим, чтобы в индустрии появилась четкая структура, а игровые компании противятся этому. Тогда и сценаристы, и сами разработчики смогут просить роялти.

Понял. А как обстоят дела с компенсациями в анимации и рекламе?

Зависит от хронометража. От нуля до бесконечности.

Но ты сравниваешь трудозатраты. Сравним, например, 10 часов работы над игрой и 10 часов работы над рекламой?

Это никак не относится к трудозатратам. Чем больше материала они в итоге используют, тем больше платят. Мы приходим на работу, записываем материал и лишь надеемся, что его используют по максимуму — именно это определяет объем второстепенных начислений, на которые мы живем.

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Узнавайте первым важные новости

Подписаться