[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "flvn" } } } ] { "gtm": "GTM-NDH47H" }
{ "author_name": "Иван Семериков", "author_type": "self", "tags": [], "comments": 4, "likes": 8, "favorites": 0, "is_advertisement": false, "section": "default" }
339

Синдром укачивания и VR-гейминг. Почему виртуальная реальность вызывает тошноту

Логотип канала Super Bunnyhop
Поделиться

В избранное

В избранном

Американский игровой критик и видеоблогер Джордж Super Bunnyhop Уайдман (George Weidman) опубликовал на своем канале видео, в котором он попытался разобраться почему большинство людей чувствуют себя плохо после игры в шлеме виртуальной реальности.

Публикуется расшифровка видео.

Как рассказывает Джордж, он заинтересовался этой темой вплотную после того, как играл в Here They Lie (игру, раскритикованную массой критиков за то, что она вызывает синдром укачивания уже через полчаса) на протяжении девяноста минут без серьезных последствий для организма.

Here They Lie

Мои друзья, с которыми я обсуждал эту игру, начали называть меня мутантом или супергероем с самой лажовой способностью, поэтому мне захотелось разобраться сколько игроков в VR-шлемах подвержены морской болезни и чем же я от них отличаюсь.

Джордж Уайдман, ведущий Super Bunnyhop

Оказалось, что ответы на вопросы Джорджа разнятся. Компания Unity приводит в своем исследовании, подготовленном для PAX, цифру в 40% людей, подверженных укачке, что противоречит результатам экспериментов в Колумбийском Университете. Среди тридцати подопытных восемьдесят три процента оказались склонными к кинетозу.

Совсем иного мнения придерживается Майкл Абраш (Michael Abrash), глава научных разработок Oculus VR, отрывок из выступления которого был использован в видео:

Майкл Абраш (Michael Abrash), глава отдела научных разработок Oculus VR

...это очень приблизительное утверждение, которое я бы не назвал научным - как такого исследования не проводилось, но по моему мнению, 20% населения не испытывают синдром укачивания, другие 20% процентов наоборот испытывают его всегда, и, может, оставшиеся 60% способны приспособиться к качке в течение своей жизни. Опять же, это всё зависит от индивидуальных особенностей организма.

Майкл Абраш, глава отдела научных разработок Oculus VR

Эти цифры не учитывают методы управления и приемы, которые разработчики используют для купирования синдрома укачивания.

Как утверждает Джордж, при времяпрепровождении в типичном рельсовом шутере или в играх, использующих раскладку управления, при которой надо стоять, пользователь не заметит дискомфорта.

Проблемы начинаются тогда, когда типичные тропы FPS-жанра начинают переносить в VR. Подобные игры вызывают симптомы укачивания, несмотря на уловки, задействованные разработчиками.

В той же Here They Lie обзор при задействовании стика меняется на пятнадцать-тридцать градусов с фэйд-аутом. Эту функцию можно отключить в настройках. Тогда при движении стиком на экране видимой останется только часть, образующая круглую виньетку. По данным исследования Колумбийского университета это эффективный способ предотвратить синдром укачивания Также игра во время загрузок предлагает пользователю снять шлем и сделать небольшой перерыв. Формулировка взята прямиком из руководства пользователя Oculus Rift по предотвращению укачивания.

Единственный прием, которым разработчики Here They Lie не воспользовались, заключается в создании виртуального носа, видимого игроком, как свой собственный. Воссозданный в поле зрения юзера основание носа создает тому точку опоры помогает справится с симптомами, но только на несколько секунд.

При подготовке видео в твиттере Джорджа возникла оживленная дискуссия о том, почему игроки испытывают укачивание при игре в VR, к которой присоединился Джон Кармак.

Джордж Уайдман (George Weidman), ведущий канала Super Bunnyhop

"Эй, дружи, у вас есть кто из знакомых экспертов в области VR, которые знают (или изучали) отчего и как случается синдром укачивания во время игры. Мне крайне интересно".

"Очевидно, что Джон Кармак. Но не знаю ответит ли он".

"Тошнота возникает из-за несоответствия между происходящим в поле зрения и вестибулярным аппаратом. (конфликт органов зрения и тела").

Конкретно, укачка при игре в VR происходит из-за внутреннего уха. Именно в нем расположен вестибулярный аппарат, отвечающий за то, что мы чувствуем. Когда мы двигаемся вперед, в нем по маленьким трубкам бултыхается жидкость. Мы не чувствуем её движение, но его чувствуют наши мозги. Вестибулярный аппарат находится рядом с головным мозгом - сигналы, о том, что мы движемся, моментально поступают в него. Соответственно, мозг получает картинку, но не получает весточку от вестибулярного аппарата. Соответственно, если головной мозг принимает сигналы, несоответствующие друг другу, то он сочтет происходящее за галлюцинацию, испытываемую при отравлении и вызовет тошноту, чтобы избавить тело от яда, несмотря на то, что не было отравлено.

Эффект противоположен морской болезни, когда вы находитесь в закрытой каюте и ваше тело ощущает движение, но ваши глаза его не видят. Получается, что морская болезнь и кинетоз от VR вызваны одними и теми же органами, но кардинально отличаются.

Джеффри Заткин (Geoffrey Zatkin), основатель студии Experiment7

Впрочем, по словам, Джеффри Заткина (Geoffrey Zatkin), основателя студии Experiment7, специализирующей на разработке игр для VR, приступы тошноты у игроков могут вызывать технические несовершенства. В частности, частота кадров, находящаяся ниже 60FPS в секунду, или несовпадающие с привычным восприятием анимации, потому что мозг, спустя некоторое время, дает эффект присутствия в игре.

В ходе своего исследования Джордж решил провести эксперимент с личной гигиеной. Так как причина появления симптомов укачивания заключается в чувствительности внутреннего уха, он решил вычистить свои уши от накопившейся серы и посмотреть, что получится, если он будет играть в VR-игры нон-стоп. Как оказалось позже, ушная гигиена не имеет ничего общего с укачиванием, однако результаты эксперимента были любопытными.

В ходе него Уайдман сначала попробовал Project Cars, на VR-версию которой жаловались многие игроки, не вызвавшей у него приступа тошноты. Затем Superhot с полным контролем над движением, что тоже воспринял безболезненно. После он потратил полчаса в Onward, игры от первого лица, где камера свободно передвигается стиком, без результата.

Однако, одна игра всё же вызвала у блогера тошноту. Ей оказался Minecraft. После двадцати минут игры в песочницу от Mojang, Джордж почувствовал себя плохо.

Minecraft

Оказалось, что послужили этому несколько нарушенных факторов, указанных в уже упомянутом руководстве Oculus Rift по избежанию плохого самочувствия.

Нельзя делать скорость передвижения игрока в VR слишком быстрой (Джордж сравнил скорость передвижения в Minecraft с лихой поездкой на скутере). Нельзя давать ему видеть прогрузку текстур или мира (в Minecraft юзер видит генерацию карты). Нельзя давать игроку идти по направлению, противоположному направлению его взгляда (в Minecraft трудно определить направление движения при игре в шлеме виртуальной реальности).

Это заставило Джорджа задуматься. У него нет иммунитета перед качкой, но может, игры, вызывавшие у других тошноту, используют превентивные меры правильно. Как говорит Джордж, ему бы хотелось знать, почему он особенный, но у индустрии нет однозначного заверения по этому поводу:

...Самая большая беда в том, что нет какого-либо конструктивного, солидного, аргументированного и общего ответа на вопрос: "Какое количество игроков восприимчиво к VR-болезни?" И кажется, что это самая секретная информация в игровой индустрии вообще. А эти данные могут повлиять на здоровье людей. И самое главное, компании опубликуют эту информацию только в том случае, если число восприимчивых к укачиванию будет немыслимо маленьким. Будь хоть двадцать процентов, сорок или восемьдесят - если производители признаются в том, что их продукт вызывает у людей плохое самочувствие, то это ударит по репутации компаний.

Джордж Уайдман, ведущий Super Bunnyhop

Однако, по словам Джорджа, есть надежда. Как говорит всё то же руководство Oculus Rift, игроки со временем способны привыкнуть и справляться с укачиванием.

Пример Resident Evil 7 также вселяет надежды, ибо игра правильно заточена под шлемы виртуальной реальности. Герой передвигается медленно, вокруг темно, и только фонарик образует круглую виньетку, а в настройках пользователям предлагается подобрать опции под себя.

Как считает Джордж, развитие VR-технологий достигнет такого развития, что разработчики научатся предотвращать симптомы укачивания без ограничений в движении, и в дальнейшем будущем появится больше игр подобных Residnet Evil 7, которыми можно наслаждаться как и в шлеме виртуальной реальности, так и без него.

Resident Evil 7
Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Узнавайте первым важные новости

Подписаться