[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "flvn" } } } ] { "gtm": "GTM-NDH47H" }
{ "author_name": "Дмитрий Мучкин", "author_type": "self", "tags": ["\u0438\u0441\u0442\u043e\u0440\u0438\u0438","battlegrounds"], "comments": 46, "likes": 23, "favorites": 0, "is_advertisement": false, "section": "default" }
12 651

Несчастный случай: почему я не могу играть в Playerunknown’s Battlegrounds

Рандом и паника в Ясной Поляне.

Поделиться

В избранное

В избранном

Случай — один из основополагающих элементов геймдизайна. В разной степени он присутствует в каждой видеоигре, однако в проектах жанра battle royale, как в недавно ставшей популярной Playerunknown's Battlegrounds, случай играет особенную роль. Он обеспечивает бесконечную реиграбельность и является очень важной частью механизма «затягивания» игроков.

Но некоторым людям такое количество переменных скорее мешает получать удовольствие от игры, нежели помогает.

Автор DTF делится своей историей о любви и ненависти к Battlegrounds.

Battlegrounds основана на «рандоме». Здесь случайно направление самолёта в начале матча (с него игрок десантируется на карту). Случайно распределение лута в зданиях. Случайны навыки и привычки игроков, которые вместе с вами высадились в живописных постсоветских просторах. Для отдельного взятого игрока в соло-режиме случайно буквально всё.

Он не знает, что будет в здании, в которое он собирается зайти. Не знает даже, был ли там кто-нибудь до него: предыдущему посетителю ничего не мешает закрыть все двери за собой, чтобы потратить чужое время. Игрок не может знать, видит ли его кто-нибудь в каждый момент времени, ведь не все будут стрелять при виде противника — кто-то может увидеть на враге хорошую пушку или рюкзак и начать «пасти» его издалека, поджидая удобный момент для выстрела.

Приходится действовать, исходя из своих предположений, но догадки — вещь довольно бесполезная, когда в игре помимо исполинской карты и программного «рандома» есть ещё и 90 с лишним человек, о которых ты не знаешь совсем ничего. Иными словами, окажутся ли предположения верными и к чему это приведёт — тоже определяется случаем.

У игрока в Battlegrounds есть цель — стать «последним героем», но нет контроля практически ни над чем. По большей части победителями здесь становятся не столько благодаря навыкам и знаниям, сколько благодаря удаче. И это притягивает: когда случиться может всё, что угодно, то кажется, что из самой безнадёжной ситуации можно выбраться и оказаться если не на первом месте, то где-то близко к нему. А то, что геймплей довольно аркадный, понижает порог вхождения. Видимо, поэтому у игры уже миллионы проданных копий, а стримеры по всему миру твердят, как в неё весело играть.

И я верил им, пока сам не запустил Battlegrounds. Оказалось, что вездесущий «рандом» не всем приносит веселье. Для меня всё с точностью до наоборот. Отсутствие всяческого контроля над ситуацией — ночной кошмар. Хотя я смог оценить прелесть жанра как такового и понять, почему после каждого матча хочется сыграть ещё один, в игру я, надеюсь, больше не вернусь.

Каждый раз, когда я захожу в матч, у меня начинается сильный стресс. Руки и ноги холодеют, сердце начинает бешено стучать, а мозг пытается лихорадочно обрабатывать все доступные мне крупицы информации. В какой стороне сколько человек высадилось, есть ли вокруг меня какое-то движение, открыты или закрыты двери ближайших домов, какой лут мне стоит брать, а какой нет. Откуда звучат выстрелы, из какого оружия стреляют, появляется ли надпись об убийстве кого-то после того, как звуки затихают.

Но, несмотря на всю эту интеллектуальную работу, я не получаю больше контроля. Я не могу смотреть во все стороны одновременно и не могу быть готовым к каждой ситуации, но я почему-то лезу из кожи вон в стремлении к этому. Я знаю свою цель — стать номером один, и иду к ней через ужасное волнение и изнурительные панические атаки вместо того, чтобы получать удовольствие от игры.

В некотором смысле Battlegrounds — это метафора моей жизни. Происходящее в реальности я тоже не могу контролировать, как бы я ни старался, и я часто боюсь, что что-то пойдёт не так на пути к моей очередной цели, и забываю по пути получать удовольствие.

Возможно, поэтому я предпочитаю одиночные и кооперативные игры, а если и играю в соревновательные проекты, то в те, в которых влияние случая не такое высокое, и где есть командные режимы (чтобы не особо волноваться по поводу личных успехов) — типа CS:GO и Titanfall 2. Пожалуй, мне стоит попробовать поиграть в Battlegrounds с друзьями. Будет на кого свалить вину за проигрыш.

#истории #battlegrounds

Статьи по теме
Playerunknown's Battlegrounds: выживание в Ясной Поляне
Поклонники Playerunknown’s Battlegrounds начали использовать перевёрнутые машины в качестве укрытия
Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Узнавайте первым важные новости

Подписаться