Баланс текста и подтекста в фильме «Трудности перевода».
Разбор Роберта Макки, наиболее известного как автор бестселлера «Истории на миллион долларов».
Сложно недооценить силу подтекста в кино. Ведь это тот инструмент в арсенале сценариста, благодаря которому можно написать глубокую историю, способную затронуть струны души многих зрителей и оставить след в кинематографе. В посте приведен отрывок из не менее значимой книги Макки «Диалог» с разбором сцены из фильма. Интересен этот разбор тем, что Макки сильно погружается в психологию персонажей и заставляет зрителя проникнуть в голову героев Била Мюррея (Боб) и Скарлетт Йоханссон (Шарлотта) и объясняет их скрытую симпатию.
В «Трудностях перевода» баланс текста и подтекста доведен до совершенства. В первых же сценах фильма встречаются два протагониста: Шарлотта, недавняя выпускница, которая путешествует со своим мужем-фотографом, и Боб Харрис, голливудская звезда средних лет, прославившийся ролями в боевиках. Оба остановились в гостинице, и мы сразу видим их разницу в возрасте, около 30 лет. Шарлотту никто не замечает, на Боба все глазеют и ему только и хочется, чтобы жена оставила его в покое.
В один из вечеров Шарлотта и Боб дважды мельком встречаются — сначала в лифте, а потом в холле, а поскольку ни тому ни другому не спится, они идут в бар гостиницы, где случайно знакомятся. В начале сцены и у Шарлотты, и у Боба одинаково простое желание: убить время за выпивкой, но на самом деле их влечет неосознанное желание поговорить с кем-нибудь, и как только завязывается знакомство, намерением сцены становится убить время за разговором.
Напряжение растет по мере того, как Шарлотта приближается к сидящему в баре Бобу: до этого они встретились взглядами, поэтому вопрос состоит в том, чтобы заговорить с ним (с ней) или пить в одиночку. Эти сомнения создают напряжение из-за риска слишком близкого знакомства, что влияет на их выбор. Но когда оба все же осмеливаются заговорить, глубокое, инстинктивное желание заставляет перейти от легкой болтовни к исповедальному тону. Как только они рассказывают каждый о себе, задушевный разговор прорывает изоляцию, и этот шаг высвечивает еще одну ценность: жизненные потери против жизненных обретений. Потеря/обретение становится основной ценностью истории. Как намекает название фильма, и Боб, и Шарлотта переживают трудности в жизни. В начале сцены соотношение «потеря/обретение» находится строго в области отрицательного.
В конце каждого такта проставлен знак заряда: (+) — положительный, (-) — отрицательный, (++) — удвоенный положительный и т. д.
Прочтите сцену от начала до конца, чтобы прочувствовать минималистский язык диалога. Потом вернитесь к нему с учетом моих заметок о дуге его тактов, подтексте, зарядах ценностей.
Разбор тактов
Вместо того чтобы открыть сцену слишком уж затертым образом одинокого мужчины, коротающего время в баре, Коппола начинает ее трепом, обычным для шоу-бизнеса. Голливудская звезда делится сплетнями с барменом-японцем, и это лишь подчеркивает горькое одиночество Боба.
Как только бармен предлагает ей табурет, она избирает самый смелый образ действий и храбро подсаживается к Бобу. Ее выбор — сесть рядом, пусть и рискуя смутиться, выражает самообладание.
Шарлотта снова перед выбором: ведь она могла бы тут же заказать свой любимый напиток. Но она, не чувствуя себя раскрепощенной, колеблется и этим дает возможность Бобу отреагировать. То, что он сейчас делает, подсказывает ей, действительно ли он рад ее видеть.
Насмешка Боба над самим собой выявляет одну из его граней: даже съемку в рекламе актеры воспринимают как серьезную работу, но он предпочитает поднять себя на смех. Такой выбор говорит о внутреннем противоречии между гордостью артиста и презрением к себе.
Выражение «отдыхаю от жены» не объясняет Шарлотте, винит ли Боб себя, жену или их обоих в семейных проблемах, но ясно, что он стыдит себя за то, что позабыл о дне рождения сына, а самое главное, за то, что разрушил свою творческую жизнь, продавшись за деньги. Открытое признание Бобом своих неудач не только удивляет Шарлотту, но и открывает ту формальную дистанцию, которую мы всегда соблюдаем с незнакомцами. Такое вторжение несколько сковывает Шарлотту. В разговоре появляется личная ценность потеря/обретение, и она задумывается, не сделать ли ей большой шаг вперед и не открыться ли ему. Она так и поступает. Откровенность Боба превращает их разговор в цепочку признаний.
Этот такт взаимной симпатии делает их чуточку ближе друг к другу. Признание, которое Боб делает в такте 5, задевает ее, но у него достает чувствительности, чтобы заметить, что он наделал, и пожалеть об этом. Он быстро находится и шуткой разряжает обстановку. В свою очередь, она замечает, что ему неловко, и сочувственным смехом выводит его из затруднительного положения.
После того как в такте 4 Боб и Шарлотта встретились глазами, они общаются открыто и искренне. В такте 5 Боб решился на смелое признание и теперь подбивает ее на то же. Опять она стоит перед выбором. Ведь можно было бы ответить: «Ах, у меня все прекрасно. Муж делает фотосессию, а я навещаю старых друзей». Но обтекаемый ответ приоткрывает правду о ее жизни. Боб видит в нем подтекст неблагополучия.
Шарлотта только что призналась в неполноте своей семейной жизни, поэтому Боб не может удержаться, чтобы не сделать ход навстречу этой красивой молодой женщине и не пожаловаться на неполноценность своей семейной жизни.
Обратим внимание, как Коппола заставляет старшего по возрасту сделать этот шаг: он реагирует на свое собственное действие. Он спрашивает Шарлотту, сколько лет они женаты, прекрасно зная, что, какую бы цифру она ни назвала, его четверть века разочарований все равно больше.
Обратим внимание и на выбор Шарлотты. Закуривая, она понимает, что ей пора делать свой ход, и могла бы уклониться от него, сказав: «Два чудесных года» или более агрессивно, ответив вопросом: «А вам какое дело?» Вместо этого она позволяет беседе продолжаться. Но не обманывайтесь! Уже сделано сексуальное предложение. Трудно судить, насколько оно серьезно. Боб, возможно, соблюдает извечный мужской ритуал, но, когда в баре мужчина средних лет жалуется молодой женщине на свой длительный и вовсе не счастливый брак, он надеется на нечто большее, чем сочувствие. Шаг Боба мог бы оттолкнуть Шарлотту, но она придвигается ближе:
Шарлотта понимает, что в лучшем случае его шаг весьма вял, поэтому поддразнивает возрастом, чтобы, не обидев, сказать «нет». Он оценивает ее ум.
Из предыдущих сцен мы знаем, что у Шарлотты есть сомнения в своем муже и своем браке. Когда она делает попытку сделать комплимент браку Боба, он напоминает о реальности, известная ей и по собственной жизни: отношения редко бывают такими, как мечтается. Боб смягчает эту жестокую правду остроумным уподоблением брака водителю-подростку, но его циничный ответ развеивает все надежды. Тем не менее Шарлотта одобрительно смеется. Обратим внимание, что такты 4, 5, 8 и 10 проходят три этапа, а не два, как обычно. Как правило, новое действие следует непосредственно за действием-противодействием. Здесь же перед нами действие-противодействие-противодействие. Когда одно противодействие рождает другое, это нередко означает, что между героями существует глубинная связь, что они достаточно близки друг другу.
Сценарист Филип Джордан, лауреат премии «Оскар», пишет об этом так:
Не топите свой сценарий в бесконечных диалогах и нескончаемых речах. Не каждый вопрос непременно требует ответа. Можно выразить эмоцию жестом без слов — выражайте. Поставили вопрос — подождите, пусть он повисит в ожидании ответа. А еще лучше, когда герой не может ответить; у него (или у нее) ответа нет. Тогда невысказанный ответ как бы повисает в воздухе
Сделав второе признание в такте 10, Боб ожидает того же от Шарлотты, и она признает, что в профессии, как и в личной жизни, у нее нет ничего определенного.
Боб, утративший вкус к жизни, скрывается за панцирем иронии. Усмешка Шарлотты объясняет ему, что она все поняла, и, в свою очередь, наносит ему удар:
Оба понимают: пусть они несчастливы, но лгать себе не будут. Они говорят правду друг другу, что сближает их еще больше.
Реплики «Хочется выспаться» и «Мне тоже» приоткрывают подтекст страдания, один из самых трогательных на моей памяти.
Сон восстанавливает душевное равновесие. Без него жизнь напоминает сумасшедшие, оглушительно тикающие часы. Когда вы ворочаетесь в постели, неотвязные мысли не дают покоя уму, нагоняют волнения, страхи. Шарлотте и Бобу не спится. Но в чем дело? Это разница во времени? Или беспокойные мысли? Из признаний следует, что оба чувствуют себя как бы на обочине, нет никакой определенности ни в их профессиональной, ни в личной жизни. Для обоих разверзлась пустота, которую не могут заполнить ни семья, ни работа. Шарлотта и Боб потеряли цель жизни. Как подсказывает название фильма, оба главных героя не могут перевести свою пустоту в полноту; не могут представить свое будущее; не могут наполнить жизнь смыслом. В более романтические времена Шарлотту и Боба назвали бы одинокими душами.
Инструменты Копполы: как простыми словами и действиями рассказать многое.
Как подсказывает название фильма, оба главных героя не могут перевести свою пустоту в полноту; не могут представить свое будущее; не могут наполнить жизнь смыслом. В более романтические времена Шарлотту и Боба назвали бы одинокими душами. Эстетика Копполы избегает словесной борьбы. Вместо этого она использует непринужденное, раскованное поведение, чтобы рассказать о внутренних баталиях, скрытых за улыбкой. Большой объем содержания вмещается в очень простые фразы («Вы что-нибудь придумаете», «Надеюсь, что “Порше” вас не подведет»). Этого удается достичь тремя способами:
Во первых, Коппола не дает героям открыто рассказывать о прошлых конфликтах. Драмы уводятся за сцену, они лишь подразумеваются. Рассказы Боба и Шарлотты о себе состоят из трех частей: брак, карьера, личность. Каждая часть заканчивается признанием в потере, но оба скупо пользуются языком. Боб: «отдыхаю от жены/рекламирую местное виски, вместо того чтобы писать пьесу». Шарлотта: «мой муж фотограф... я сейчас не работаю». Обаяние, остроумие и насмешка над собой позволяют зрителю увидеть их внутренние конфликты.
Во вторых, герои начинают говорить с задумчивыми мини-паузами: «Да...», «Э-э...», «Да уж...». Актеры дополняют слова неозвученными реакциями (смех, кивок, взгляд, пауза). Эти колебания придерживают речь и приглашают публику во внутренний мир героя, открывая пространство для мысли.
В третьих, Боб (звезда экшенов) часто произносит реплики, как будто играет очередную роль
«Да мне и никогда не нравилось, как он играет»
«На этом можно разбогатеть»
Словарь Шарлотты — полный контраст: пассивные формы, общие слова, отсутствие прилагательных и превосходных степеней («пока не знаю» она произносит лишь дважды). Тон приятен, но слова отражают бесцветную, застывшую жизнь. Развитие ценностей: Нисходящая спираль Как только мы отделяем слова героя от его действий, становится видна форма сцены. Ускорение заряда ценности двигает диалог вперед. Коппола построила сцену как уходящую вниз спираль, втрое увеличивающую отрицательную мощь.
Признания идут по нарастающей, потери становятся все тяжелее. Боб не состоялся как муж и отец. Шарлотта приехала за мужем, который любит работу больше нее. Боб продался за деньги, рекламируя выпивку вместо серьезной работы. У Шарлотты нет ни работы, ни планов, жизнь без цели. В финале оба признаются в бессоннице.
Эти признания ощущаются последовательными, а не случайными, потому что жизни героев параллельны. Коппола выстраивает их в нисходящем порядке. Что хуже: личная потеря или профессиональная? Профессиональная. Потери в отношениях несут два человека, и вину можно переложить на партнера. Поражение на профессиональном пути — это личная ответственность (недостаток дисциплины, таланта, усердия). Ключ в том, что сцена указывает на потерю самого себя. Вопрос не в том, находите вы работу или теряете, а в том, находите ли вы себя. После долгих пауз следуют самые сокровенные признания:
Они обнаруживают друг в друге родственные души. Их жизни сдвигаются от изоляции (-) к близости (++++). Здесь есть ирония: спать они не могут (--), а говорить могут (++); две одинокие души (---) находят отражения (++++). Они бессознательно повторяют позы и жесты друг друга, откликаясь на подтекст. Высшая точка сцены окрашена положительной иронией и проблеском надежды. Эта динамичная сцена проходит путь от легкого знакомства через горькую потерю до туманной возможности любви. Последний такт держит внимание до конца фильма: сумеют ли Боб и Шарлотта дорасти до обретения настоящей жизни?