«Окраина» — кино вне эпохи

Пётр Луцик и Алексей Саморядов не столь известные, но чрезвычайно важные персоны в российском кинематографе на стыке эпох. Несмотря на то, что имеется внушительное количество произведений, которые были так или иначе созданы при участии Луцика и Саморядова, я хотел бы сосредоточить всё внимание лишь на одной ленте — «Окраине».

В закладки

Она являет собой чрезвычайно целостное и самодостаточное произведение, реализованное исключительно данными деятелями.

Несомненно, говоря об «Окраине» нужно отметить видную черту данного фильма. В его основе находится утверждение о цикличности истории. Мол, она повторяется дважды: сначала в виде тонущего «Чапаева», а потом в виде пламенной «Окраины». Быть может, режиссёр хотел высказать этим своё отношение к социальному действию: чему суждено быть, того не миновать. Или же выразить преемственность отечественного кинематографа от советского источника. Некоторые же зрители находят в этом фильме откровенную спекуляцию на тему настроения 90-х годов. Об истинном замысле нам остаётся лишь догадываться.

Пётр Луцик и Алексей Саморядов. Были схожи не только по духу, но и по внешности.

Прежде всего стоит описать ситуацию, показанную в киноленте, чтобы у читателей сложилось общее впечатление о случившемся: жители уральского хутора обнаруживают, что земля, принадлежащая им, оказалась в собственности совсем других людей. То было скреплено бумагой "о четырёх государственных печатях", но жители своего согласия на сделку не давали. Понимая, что законным путём справедливости не добиться, они берут в руки оружие и формируют своеобразную передвижную бригаду, которая занимается скорейшим разрешением сложившейся ситуации.

"Инвалидная команда" — так сказал герой Олялина. (Крайний справа)

Несмотря на благие намерения восстановления справедливости, участники революционно-анархического движения в фильме отличаются особым пониманием термина "справедливость". Герой Олялина совершает "перегибы на местах", герой Дубровина пытается вовремя осадить зелёного палача, но все они солидарны в одной идее: если насилию суждено быть, то пусть оно будет справедливым и во имя чего-то большего, нежели просто так. Однако смею заметить, что красно-зелёная бригада всё-таки умеет прощать врагов, раскаявшихся в своих поступках, следуя некоему вектору христианской мысли, которая так часто виднеется в кинолентах с социалистическим подтекстом.

Фильм изобилует сценами чрезмерного насилия: от простых пыток с поломанными рёбрами до растопки печи, на которой сидят дети, чтобы шантажировать допрашиваемого. Данная сцена чрезвычайно показательна в том плане, что Сафронов (герой Дубровина), иногда осаживающий Полуянова (героя Олялина), сам предложил идею с использованием детей. Факт остаётся фактом: данные персонажи — жестокие люди, готовые почти на всё ради достижения своей цели. Поэтому чрезвычайно смешно видеть тот момент, когда Сафронов Филипп Ильич удивляется, — вот, мол, Колька Полуянов, зря мы тебя в подвальчик-то с человеком пустили, и зачем же ты там его разорвал?

И ведь действительно — зачем?

Не менее интересен герой Алексея ПушкинаПанька. Ведь именно он делает пассионарный толчок, совершая особую стадию взросления через смерть товарищей и свист пули врага. Ведь вспомните: наши персонажи дружным коллективом приходят к Паньке, который размяк на печи, а мать (Римма Маркова), сопротивляясь настойчивому соседу для вида, всё-таки отдаёт своего сына, мотивируя это тем, что он “совсем издохнет на лежанке”, но в конце-то концов мы видим серьёзного человека, прошедшего через и огонь и воду. Такое вот взросление!

"Вставай-ка с печки, друже, мы тебя быстро соберём в поход с сапогами на босую ногу!" 

Но и до того был один эпизод, отпечатавшийся в памяти. Сцена с охотой на волков. Причём именно там имелся довольно интересный разговор:

— Буран идет. Дядя, поворачивай, померзнем! Какая охота, все звери попрятались...
— Буран не помеха. Малый зверь прячется, большой выходит.
— Хорошо бы замерзнуть, насмерть… — говорит герой Пушкина.

В этом есть что-то от Платонова. Эти строчки походят на нечто мистически-сакральное, растворяющее человека в природе, что затрагивалось в том же самом «Антихристе» Ларса фон Триера. Но если у Триера природа — зло, поскольку он опирается на христианское представление об устройстве мира, то у Луцика и Саморядова она не развращает человека и представляет собой мать, которая хоть и ругает, но всё-таки бережёт своего ребёнка.

Весь фильм испещрён надеждами на лучшее время. Особенно в этом плане показательна концовка. И горящая Москва, объятая революционным пожаром, тоже являет собой квинтэссенцию анархического закваса русской, восточной души, которая не приемлет города, но ожидает возвращения в Эдем.

Как ошибочен путь Каина в книге Бытие, так и город, по мнению крестьян, ошибочен и является тупиком в развитии человеческой цивилизации. Даже в самом начале фильма Сафронов говорит матери Паньки c пренебрежением:

— Может вы, Морозовы, тоже в город собираетесь, на завод какой?

И другой эпизод, связанный с городом, — убийство сына Симавина, который колотился в каждую дверь, чтобы спастись от расправы, но никто ему так и не открыл. Мещане, в отличие от крестьян, не являют собой сплочённую социальную группу, поэтому и город в «Окраине» выглядит пустынным и заброшенным.

Гибель стольного града. Москва объята революционным пожаром.

Останавливаясь на музыкальной лимфе фильма, "чапаевские" композиции, звучащие во время долгого похода крестьян из Урала в Москву, настраивают на своеобразный мифологический лад, который помогает проникнуться картиной. Именно звучание советских композиций является некоей духовной связующей цепью между прошлым и будущим. Но и не менее интересно наличие тёмно-коричневого цветового фильтра, который явственно даёт понять: сепия действительно может заставить зрителя поверить в то, что кинолента создана в СССР.

Во всём вышеописанном можно найти и существенную долю реваншизма.

Как пел Михаил Юрьевич Елизаров:

Все херово, поменялось всё местами - на,
Откровенно не хватает людям Сталина.
И недаром в каждом доме и подъезде,
Все мечтают о реванше и возмездии...

Михаил Елизаров
Писатель, автор-исполнитель

Как народ обращается к Сталину, упиваясь желанием обретения сильной руки, т. е. происходит жажда не самого Сталина, но его методов и результатов, идеализированных по прошествии времени, так и «Окраина». Создатели обращаются к почвенническому для передачи настроения населения. Они позволяют героям картины восстановить социальную справедливость хотя бы на экране.

Таким образом, мы получаем то, что кинолента перестаёт быть российской и даже советской. Она выходит за пределы всяческой режимности, форм правления и затрагивает вечное, продолжающее теплиться в душах многих людей. Конечно, не стоит лишний раз будить зверя, но и не является плохим простое напоминание о том, что русский бунт — самый беспощадный бунт в мире.

{ "author_name": "Данила Тришкин", "author_type": "self", "tags": [], "comments": 6, "likes": 42, "favorites": 51, "is_advertisement": false, "subsite_label": "cinema", "id": 56717, "is_wide": false, "is_ugc": true, "date": "Sat, 29 Jun 2019 21:14:24 +0300", "is_special": false }
0
6 комментариев
Популярные
По порядку
Написать комментарий...
3

Прочитал в заголовке "окарина"
Зельда головного мозга даёт о себе знать.

Ответить
3

Да, смотрел. Просто офигенный фильм. Юмора там достаточно и он там очень забавно выглядит на фоне старосоветской черно-белой стилистике .

Ответить
2

Отличный самобытный фильм, отличные самобытные режисеры - сейчас таких не делают.
Еще "Гонгофер" можно порекомендовать.

Ответить
1

Крутой фильм. Там от вступительных титров уже мурашки начинают бегать - музыка крутая.

Ответить
0

Великолепный фильм.

Ответить
0

один из самых любимых фильмов, иногда даже разговариваем друг с другом цитатами из "окраины"

Ответить

Комментарии

{ "jsPath": "/static/build/dtf.ru/specials/DeliveryCheats/js/all.min.js?v=05.02.2020", "cssPath": "/static/build/dtf.ru/specials/DeliveryCheats/styles/all.min.css?v=05.02.2020", "fontsPath": "https://fonts.googleapis.com/css?family=Roboto+Mono:400,700,700i&subset=cyrillic" }