«Учись, пока я жив»: 10 рассказов и эссе о конечности и человеческой субъектности.
В этих рассказах и эссе человек не может договорить с телом и памятью, получает немного времени и ряд смешных способов не умирать. В них он пытается убежать из собственного тела, всматривается в него в поисках симптома, возвращается в детство и семейную память, влюбляется до рыжих волос, придумывает защитные ритуалы, прячется в поп-культуре и превращает страх смерти в гротеск. Главное — успеть рассказать.
1. «Чёрный камень» — рассказ
Короткий рассказ о первом столкновении ребёнка с мыслью о собственной конечности. Страх получает здесь почти материальную форму, а бытовая реальность незаметно переходит в пространство сна и притчи.
Когда мне было пять лет от роду, я споткнулся о чёрный камень. Тогда мой разум поднялся над телом и заплакал. Но то была не боль: я смотрел на чёрный камень как в пустоту, и это было невыносимо. Чернота раскинулась до самого горизонта, я думал: это никогда не кончится. Но затем сознание коснулось тела, и я очнулся.
2. «Рекуррент» — рассказ
Сон, школа, семейная память и разные времена начинают существовать одновременно. Рассказ о человеке, который пытается понять, где именно находится настоящее и можно ли вернуться в собственную жизнь, если память постоянно затягивает тебя обратно.
3. «Смешной способ умереть» — рассказ / автобиографическое эссе
Текст о теле, которое с детства оказывается хуже приспособлено к бегству, драке и сопротивлению, чем хотелось бы его владельцу. Через детские истории, страхи, болезни и эскапизм постепенно возникает вопрос: можно ли хоть как-то подготовиться к событию, которое невозможно нормально отрепетировать.
4. «Абсолютный ноль» — рассказ
Алкоголики, художник, уборщица, дешёвые краски и теория искусства сомнительного происхождения. За грязной буффонадой постепенно проступает разговор о времени, телесности и вещах, значение которых становится понятно значительно позже, чем следовало бы.
5. Odore! Odore! — эссе
Любовь, сексуальность, женский образ и романтическая одержимость рассматриваются как огромное представление, в котором человек пытается прожить больше одной отпущенной ему роли. Текст о нежности, экстазе и раздражении от того, насколько мало пространства жизнь оставляет для их применения.
Спешите видеть! Всего один день! Показываем, как брачный союз заканчивается разделом имущества! Рассказываем, как исцелиться через технику осознанного плача! Поможем удалить цифровой след! Опционально наши статисты выпьют весь алкоголь из ваших запасов, занесут в квартиру беговую дорожку, поднимут, а затем торжественно ус…
6. «СИМПТОМ» — рассказ
Медицинская диагностика постепенно превращается в бюрократическое фэнтези с собственным языком, правилами и существами. Рассказ о тревоге человека, которому велели найти в себе нечто подозрительное, хотя никто толком не объяснил, что именно он должен искать.
7. «Цветобоязнь» — рассказ
История совершенно медицинской неприязни к ярким цветам и людям, которые почему-то никак не хотят становиться серее. Псевдонаучный сказ о норме, порядке, соседях и удивительной способности человека превращать собственные предубеждения в объективное устройство мира.
8. «Но я хотя бы попытался» — эссе
Прямой разговор о страхе смерти после нескольких текстов, где тот прятался внутри сюжетов и образов. Здесь возникает вопрос, что вообще можно противопоставить неизбежности, если ни религиозное утешение, ни отвлечение, ни рациональное знание проблему не отменяют.
9. «Проблема смерти как ответ на вопрос о смысле существования человека» — полемическое эссе
Текст о смертности, сознании, субъектности и искусстве как способе работать с тем, чего невозможно отменить. Родилось как пост-ответ на творчество Лиготти.
Главная беда исходного текста, на который я буду опираться, в том, что он слишком открыто полемизирует о тех вещах, которые в культуре стали общим местом, но в нём есть занятные мысли, которые я обязан пропустить через свой скабрезный фильтр.
10. «Играй мёртвым» — полемическое эссе
Самый широкий по масштабу текст подборки: от Канетти и языка — к синтетическому разуму, эволюции и будущему сознания. Личный страх здесь становится поводом спросить, что именно человек вообще пытается сохранить и обязательно ли будущее разума должно оставаться человеческим.