Kula Shaker — «Peasants, Pigs & Astronauts» (1999)
Слава сыграла с Kula Shaker злую шутку — во многом потому, что Криспиан Миллз так и не научился держать язык за зубами. Разговаривая как человек, выросший в привилегированной среде, он успел оттолкнуть заметную часть британской поп-аудитории и музыкальной прессы самоуверенными и наивными рассуждениями о мистицизме и духовности, приправленными общей высокомерной подачей.
Всего через восемь месяцев после выхода дебютного «K» (1996) группа оказалась до боли перехайпленной. Их хипповатый нео-психоделизм и поклонение рок-классике начали стремительно выходить из моды, и у Kula Shaker почти не осталось выбора — только отступить и заняться вторым альбомом. Но и этот путь оказался тернистым. Отказавшись сначала от Джона Леки, а затем и от Джорджа Дракульяса, группа в итоге привлекла Боба Эзрина и увязла в долгом, выматывающем процессе записи.
К моменту выхода «Peasants, Pigs & Astronauts» весной 1999 года прошло уже два с половиной года с тех пор, как «K» появился на полках магазинов — для многих наблюдателей этого было достаточно, чтобы списать группу в сноску эпохи. И всё же по звучанию этого не скажешь. Альбом разыгрывается как масштабный спектакль: плотные слои психоделических эффектов, закрученные гитарные партии, заимствованные мантры, индийские инструменты, джемы в духе Deep Purple, отсылки к The Beatles и потоки мистического бормотания.
На чисто звуковом уровне результатом легко восхититься. Kula Shaker без стеснения воссоздают «лето любви» средствами студии 90-х, а с помощью Эзрина доводят всё до состояния ярких, сахарных, техноколорных конфет. Проблема в другом: эффект быстро испаряется, оставляя после себя слишком мало содержания.
Как автор песен Миллз, при всей своей многозначительной позе, говорит немного — и говорит это не слишком убедительно. За пределами звуковой мишуры запоминаются лишь считанные треки, вроде «Shower Your Love» и «108 Battles». В итоге «Peasants, Pigs & Astronauts» оказывается примерно там же, где и «K»: альбом производит впечатление в моменте, но почти не оставляет следа после прослушивания.
© Stephen Thomas Erlewine /TiVo