[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-250597-0", "render_to": "inpage_VI-250597-0-549065259", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxeub&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&puid32=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Вадим Елистратов", "author_type": "self", "tags": ["\u043c\u043d\u0435\u043d\u0438\u044f","\u0434\u0435\u043d\u044c\u0433\u0438"], "comments": 394, "likes": 154, "favorites": 21, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "11605" }
Вадим Елистратов
21 692

Повод для тревоги: EA отменила игру, потому что та была линейной и одиночной

Поделиться

В избранное

В избранном

Раз в несколько лет игровые журналисты пишут колонки о смерти одиночных игр AAA-класса. Потом выходит какой-нибудь Skyrim, продаётся огромным тиражом, и все смеются над этими текстами.

После закрытия Visceral Games мы несомненно увидим ещё несколько таких статей. Хотя бы из-за того, какую причину произошедшего озвучила EA.

В издательстве примерно так и сказали: «Отменённая игра была линейной и одиночной, и в текущем состоянии рынка мы не можем себе это позволить»

Показательно, что EA объявила о закрытии Visceral Games всего через сутки после появления первой информации о продажах The Evil Within 2 — другой чисто одиночной и линейной игры.

Это важно, что издатель может использовать факт того, что игра «была сюжетным и линейным приключением», в качестве причины для её отмены.

Почему слабый старт Evil Within 2, которую уже называют провалом, так важен? Хотя бы потому, что это уже четвёртая подряд одиночная игра Bethesda, не оправдавшая ожиданий. Dishonored 2 и Prey не помогли даже восторженные рецензии, а Death of the Outsider, кажется, вообще никто не заметил.

Все так радовались, что в The Evil Within 2 нет защиты Denuvo и обещали поддержать решение Bethesda, но игра в Steam стартовала со смешных 50 тысяч копий

Многие винят в произошедшем маркетинг Bethesda, но дело не только в нём — сдвиг происходит во всей индустрии. В последние несколько лет одиночные игры стабильно не оправдывают ожиданий в продажах. Свежий пример — Resident Evil 7, от которой в Capcom явно хотели большего.

В 2017 году складывается ощущение, что выпустить линейную одиночную игру с большим бюджетом и продать её внушительным тиражом могут только Sony или Nintendo. У них разработка игр подкреплена эксклюзивностью, выливающейся в продажу железа. Их положение более стабильно, чем у Ubisoft и EA.

Но и у Sony уже заметны сдвиги: Naughty Dog тестирует в Uncharted: The Lost Legacy открытые миры, а разработчики шутеров Killzone вдруг выпускают 40-часовую action-RPG. И Horizon Zero Dawn — это явно новый стандарт для Sony: грядущие Spider-Man, Days Gone (в большей мере) и God of War (в меньшей мере) выполнены в схожем ключе.

У Nintendo похожая ситуация. Последняя «Зельда» — огромная ролевая игра в открытом мире, и Mario, похоже, пойдёт в том же направлении.

Любая одиночная линейная игра от студии с издателем, которая выйдет в ближайшие 2-3 года — это чудо. Поддержите их, если вы их любите.

В то же время Wolfenstein II уже без шуток называют «последней надеждой одиночных игр без сервисной модели». Но даже если она станет успешной — креативной рекламы тут хватает — она всё равно будет сошкой на фоне гигантов вроде Destiny 2 или Battlefront II.

У одиночных игр нет бета-версий, у них нет вечных дискуссий по поводу баланса и различных решений разработчиков. Наоборот, люди хотят о них знать как можно меньше, и это играет с такими проектами злую шутку

Одиночные игры, безусловно, никуда не денутся. Однако это не значит, что они не изменятся. Shadow of War и Assassin's Creed: Origins — яркие тому примеры. Это всё ещё одиночные игры, но воспринимаются они уже как PvE-режимы MMO.

В ту же Shadow of War я начал играть сразу после Destiny 2, и меня до сих пор не отпускает ощущение их родства. И там, и там всё крутится вокруг ежедневной геймплейной петли, которая даёт тебе фиолетовый лут и чувство самоудовлетворения.

Эти игры всепоглощающие — их невозможно взять нахрапом, даже если играть несколько дней подряд, отрываясь только на сон и еду. Они настолько монотонные, чтобы быстро стать привычкой, но не настолько скучные, чтобы их хотелось бросить. И судя по всему, это идеальная модель одиночной AAA-игры, которая сейчас видится издателям.

Игры никогда не перестанут рассказывать хорошие истории. У нас всегда есть инди, всегда есть более дешёвые AA вроде Hellblade, всегда есть Sony и Nintendo, но к тому, что индустрия AAA постепенно прощается с линейными одиночными играми, уже пора привыкнуть. Судя по последним отчётам, магическая аббревиатура GaaS (game as a service — «игра как сервис») стала самой модной.

#мнения #деньги

Статьи по теме
EA закрыла студию, создавшую Dead Space
Исследование: игры-сервисы утроили общий объём индустрии
Чем оправданы микротранзакции в играх AAA-класса
Пора учить немецкий: телеигра из мира Wolfenstein II
Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Узнавайте первым важные новости

Подписаться