[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "flvn" } } } ] { "gtm": "GTM-NDH47H" }
{ "author_name": "Артём Слободчиков", "author_type": "self", "tags": ["\u0434\u0438\u0441\u043a\u0443\u0441\u0441\u0438\u0438"], "comments": 173, "likes": 32, "favorites": 3, "is_advertisement": false, "section": "default" }
6 127

Дискуссия: нужно ли сбавить градус эскапизма в играх

Выбор между жестокой реальностью и задушевным истреблением нацистов.

Поделиться

В избранное

В избранном

10 августа 2017 года, на Glixel вышла колонка, автор которой высказал необычное пожелание создателям Wolfenstein II: The New Colossus. По его мнению, в игру про мир, где нацисты победили, стоило добавить больше отсылок к реальному миру.

Эдвард Смит, автор материала, считает, что в последнее время игры слишком углубились в эскапизм и приводит в пример популярные тайтлы вроде Battlegrounds, Overwatch, Grand Theft Auto V и Final Fantasy XIV. Он не считает, что игры должны визуально повторять реальность — речь идёт о сюжетной или тематической связи с ней, о социальной критике, разборе общечеловеческих проблем.

Для контраста Смит сравнивает второй Wolfenstein с первым. Хотя он признаёт, что по духу первая часть это, безусловно, «Бесславные ублюдки», а не «Дюнкерк», в центре её сюжета всё равно находится трагичная история «про отчаяние, любовь и смерть близких». Wolfenstein II, с другой стороны, кажется автору менее умной игрой, неспособной на острые политические аналогии.

Её Смит считает примером общей тенденции: игры становятся беззубыми, всё чаще изображают вымышленные или неактуальные проблемы. Хотя Америка под гнётом нацистов и напоминает Америку под управлением президента Трампа, это вышло скорее случайно, поскольку разработка игры началась задолго до выборов в США.

Тем не менее, продолжает автор, не стоит окончательно сбрасывать проект MachineGames со счётов — ему очень понравилась сцена, в которой нацист приходит в американский дайнер (небольшую закусочную) и заказывает клубничный молочный коктейль.

В ней чувствуется напряжение, которое достигается только за счёт качественной постановки и диалогов. Плюс, примечательна сама ситуация — нацист пьёт типичный американский напиток в типичном американском дайнере.

На фоне многих современных игр, для которых, судя по всему, сначала создаются миры-песочницы в духе Толкина или Артура Кларка, а только потом добавляется всё остальное, даже слегка угрожающее выражение лица нациста и его непроницаемый пассивно-агрессивный настрой выглядят на сто процентов честно.

Эдвард Смит, автор Glixel

Такой аутентичности — достоверных человеческих эмоций, ситуаций, поведения — Смиту и не хватает в играх, которые сейчас всё больше игнорируют реальный мир.

А как вы считаете? Стоит ли играм взяться за острую социальную критику? Или, наоборот, им лучше дистанцироваться от проблем реального мира, быть отдушиной, способом отвлечься от проблем? Делитесь своим мнением в комментариях.

#дискуссии #wolfenstein

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Узнавайте первым важные новости

Подписаться