Vladimir Batalov

The Miserable Final, or Final of the Miserable

Комментарий к первой части Attack on Titan: The Final Season

Первые два сезона Attack on Titan были не просто глотком свежего воздуха сразу в нескольких жанрах, включая антиутопию и темное фэнтези, но и обладали универсальными достоинствами – грандиозным (титаническим?) сюжетом и беспрецедентным лором. Странная, захватывающая история, сочетающая в себе как возвышенные, проникнутые гуманистическим пафосом, так и внушающие ужас и отвращение моменты, строилась на разворачивающемся постепенно, последовательном разоблачении диегетического мира, изначально представленного как постапокалиптический мир, в котором человечество якобы было почти полностью истреблено гигантскими Goyaesque существами, называемыми титанами. Развитие истории показывало, что мир не является таким, каким он кажется, и что странные события, положившие начало разрушительному вторжению титанов (падение Шиганшины), имеют скрытую логику, связанную с подлинным положением вещей. Присутствие неизвестных сил, приводимых в движение этой логикой, создавало впечатление многомерности, значительности и глубины интриги. В результате разоблачения этих сил обнаруживалось, что остатки человечества за стеной являются потомками людей, способных превращаться в титанов, «народом Имир», живущим на острове Парадиз в полной изоляции от остальных народов и в полном неведении об их существовании. Кроме того, выяснилось, что нашествие титанов, повлекшее за собой трагическое крушение многолетней иллюзии, было организовано оппонентами «народа Имир», элдийцев, – националистическим милитаристским государством Марлия. Марлийские агенты, внедренные в оборонительные войска острова Парадиз, оказались прошедшими анти-элдийскую индоктринацию элдийцами, которым было поручено завладеть самым страшным оружием детей Имир – силой титана-основателя. Таким образом, универсум насилия оказывался порожденным противопоставлением политических сил, политической борьбой, основной формой которой в Attack on Titan выступает война.

Attack on Titan: The Final Season подводит историю к завершению и делает это неожиданным, вновь меняющим восприятие происходящего, образом. Развязка раскрывается из перспективы «антагонистов» (Зика, Райнера и проч.), чья мотивация до сих пор, по большому счету, была неизвестна. Гуманистический потенциал такого нарративного решения очевиден. К сожалению, его реализацию в некотором смысле можно считать прямо противоположной предположительному замыслу автора. Вместо положительных героев предыдущих сезонов, на первый план выступают персонажи, в разной степени отталкивающие (за исключением Фалько). Все они жертвы шовинистической пропаганды – включая Зика, в юности, помимо этого, испытавшего влияние пораженца и антинаталиста Ксавьера. Собственно, все герои Attack on Titan: The Final Season существуют в одном из двух режимов: они или слепо действуют согласно некоторому невразумительному идеалу (например, концепция «милосердной смерти»), или не действуют вовсе.

На данный момент, Attack on Titan: The Final Season представляет собой попытку критики насилия как способа политического преобразования мира. Проблема в том, что альтернативные способы такого преобразования в сериале обходятся молчанием. И хотя история еще не закончена, складывается впечатление, что свои лучшие карты Х. Исаяма уже разыграл.

0
Комментарии
Читать все 0 комментариев
null