[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "flvn" } } } ] { "gtm": "GTM-NDH47H" }
{ "author_name": "Олег Чимде", "author_type": "self", "tags": ["\u043e\u0431\u0437\u043e\u0440\u044b","\u043c\u043d\u0435\u043d\u0438\u044f","vr"], "comments": 6, "likes": 27, "favorites": 2, "is_advertisement": false, "section": "default" }
3 922

«Что скрывает тьма»: будущее хорроров в виртуальной реальности

Оцениваем «стартовый» хоррор для PlayStation VR и рассуждаем о преимуществах и недостатках виртуальной реальности.

Поделиться

В избранное

В избранном

Пока что покупка PlayStation VR — это инвестиция в будущее, которое наступит чёрт пойми когда. В стартовой линейке нет ни одной игры, которая могла бы продать технологию обычному игроку. А продавать VR, меж тем, очень сложно: словами преимущества не объяснить, ролик не показать. Единственный работающий вариант — ставить демостенды в торговых центрах. Часто вы их встречаете, кстати?

Невозможно предсказать, что станет с технологией через пять или десять лет, и какие игры будут выпускаться для виртуальной реальности. Может статься так, что мы получим принципиально новые жанры, ведь обычные хорроры для виртуальной реальности подходят слабо. Или напротив, будем играть в одни тиры. Понятно одно — хорроров будет много.

Один из первых для PlayStation VR — «Что скрывает тьма» (Here They Lie), за авторством Tangentlemen, новой студии создателя Лары Крофт Тоби Гарда. Анализируем и предполагаем, как нас будут пугать в виртуальной реальности в будущем.

Что на самом деле скрывает тьма

Ничего нового в Here They Lie вы не найдете — это хоррор от первого лица, каких много. Сюжет нарочно запутанный, как теперь модно. Что-то понять получается, только если соберешь все фотографии и записки, разбросанные по уровням. Да и то — вряд ли.

Авторы явно хотели, чтобы сообщество разгадывало смысл игры, как то было, например, с Dear Esther. И, в принципе, краем мозга догадываешься, что эта история — об излишней увлеченности работой в ущерб любви. Что главный герой — подонок, каких много. Но полное понимание так и не приходит.

Этот и остальные скриншоты сделаны как есть. Забудьте о том, что видели в трейлере выше: в VR игра выглядит совсем не так

Here They Lie многое берет из других произведений. Не только сюжет («Начало», Dear Esther и Silent Hill вперемешку), но игровые механики. Оружия нет, от монстров нужно убегать — как в Amnesia или почти любом современном хорроре от первого лица. Если чудовище заметило вас — его глаза загораются, раздаётся протяжный жуткий вопль. Музыка резко меняется, пора бежать.

Поиск записок со странным текстом и короткие флэшбеки от разных героев напоминают о Silent Hill: Shattered Memories и ещё сонме хорроров с упором на игры разума. Динамику можно сравнить, например, с Amnesia: А Machine for Pigs или любой игрой Chinese Room. Движение к просветлению и пониманию того, что натворил. В Dear Esther — к маяку, в Amnesia: А Machine for Pigs — к центру Машины. Ну а здесь — к собору, где всё началось и закончилось.

Ближе к концу игровое пространство искривляется на манер Layers of Fear. Причём иногда — за спиной. Это особенно актуально в виртуальной реальности, где можно просто обернуться, не трогая джойстик.

Из локаций — заброшенный пыльный город, оживленный район красных фонарей, тёмное метро, деревня, напоминающая отдаленные районы Сайлент-Хилла, и сюрреалистическое пространство больных фантазий.

Впрочем, «Что скрывает тьма» постоянно подбрасывает новые механики. Сначала вы проникаетесь тоской и впускаете в себя одиночество, потом спасаетесь от монстров, шныряя меж домов по узким улочкам, следом — знакомитесь с местными жителями в более спокойной обстановке, и так далее. Игра грамотно дозирует страх и не злоупотребляет им. В конце концов, на одних лишь гонках со смертью ни один хоррор не протянет.

Поэтому игра стилистически делится на несколько этапов:

Подготовка. Вы осознаёте, куда попали, и готовитесь испытать страх. Бродите по заброшенному городу, стараясь не пропустить ни одну деталь, предвкушаете страх.

Осторожный ужас. Уходите вглубь города, опускаетесь всё ниже и впервые встречаетесь с монстрами. Игру вы ещё не понимаете, поэтому страх иррациональный и мощный. Стараетесь действовать осторожно, боитесь каждого шага.

Передышка. Тут вам скармливают немного сюжета и показывают странные, сюрреалистичные, но в целом мирные сцены. Вы начинаете понимать, как устроена игра, и что бояться её на самом деле не стоит.

Необъяснимый ужас. Пространство искривляется, объявляется главный противник и приходит осознание нереальности происходящего. Принципы внушения страха меняются кардинально.

Гонка со смертью. Возвращение старых ощущений, но в новой оболочке. Вы уже знаете, что ожидать и видите перед собой цель, так что действуете напролом. Экшн.

Развязка. Спокойное созерцание и катарсис в конце.

Here They Lie выстроена красиво, по шаблону, правильно. Даже слишком правильно. «Принцип пилы» в действии: сначала вам дают страх, затем — возможность порефлексировать и всё осознать, следом — страх, затем вновь рефлексия.

Виртуальная реальность всё меняет

И быть бы Here They Lie просто очередным хоррором по шаблону, если бы не PlayStation VR. То, что виртуальная реальность даёт совершенно другие ощущения, стороннему наблюдателю доказать невозможно. Тут пока сам не попробуешь — не поймешь.

У меня вестибулярный аппарат не из сильных, в детстве с каруселей падал. Поэтому когда в виртуальной реальности запустил The Beginning Hour, демоверсию Resident Evil VII — чуть не стошнило. Стоит только стиком геймпада повернуть камеру вправо, а взгляд при этом отвести влево, как всё, сходишь с ума. Эту ситуацию сложно представить, если сам не пробовал — разум надежно защищается от того, что не может принять.

Here They Lie к вестибулярному аппарату относится лояльнее, но от идеала тоже далеко. Чтобы тошнило меньше, разработчики ввели необычную механику: поворачивая голову, вы поворачиваете и всё тело. То есть взгляд определяет траекторию движения. Ощущается это очень странно, особенно когда видишь собственные руки и ноги. Впрочем, стиком пользоваться тоже приходится: головой направить тело в нужную сторону выходит не всегда. В этом случае экран на долю секунды потемнеет, и вот вы уже смотрите куда надо. Эффект присутствия убивается напрочь, зато хотя бы не тошнит.

Повсюду в игре — знак лабиринта. Ну да, копайте

И это сейчас — главная проблема игр в виртуальной реальности. Пока что она решается вот такими костылями вроде затемнения экрана при повороте камеры, или же более радикально — полным отсутствием ходьбы. Тогда получается рельсовый аттракцион-тир вроде Until Dawn: Rush of Blood.

У PlayStation VR низкое разрешение, линзы постоянно нужно протирать, а движения головы отслеживаются камерой, из-за чего ты вечно ограничен: откинулся в кресле — получил «вне игровой зоны». Но ни одна из этих проблем не сравнится с тошнотой. Если авторы не придумают, как решить проблему с управлением, то классические хорроры в виртуальной реальности ждёт печальное будущее.

Однако же к Here They Lie можно приноровиться. Меньше вертеть головой при ходьбе, привыкнуть к затемнению экрана. И это того стоит, потому что виртуальная реальность меняет всё. Это принципиально новый опыт и страх, какого вы в играх ещё не испытывали.

Персонажи ощущаются совсем иначе: ты фактически чувствуешь их рядом. Во время фазы передышки игрок попадает в район города, где местные жители (мужчины и женщины в масках животных) поддаются пороку. Вспомните Bioshock и поймете, о чем речь.

Двое бросаются кирпичами в ничего не подозревающего человека внизу, обнимаются и влюбленно мычат. Девушка в маске гиены танцует эротичный танец в витрине, под светом ультрафиолетовых ламп, а кучка мужчин-свиней смотрят на нее с вожделением. За прикрытой дверью девушка-гиена танцует стриптиз на коленях безголового.

Все эти сценки наполнены каким-то насквозь больным эротизмом, и виртуальная реальность усиливает это ощущение стократ. Как будто попадаешь в картину с участием похотливых сатиров и нимф.

Люди в масках принимают вас как равного, не как туриста. На аттракцион это не похоже: игрок — неотъемлемая часть происходящего. И тут происходит странное: вы настолько проникаетесь этим миром благодаря виртуальной реальности, что сливаетесь с ним. Ощущаете смущение. Стыд. Может быть, даже похоть.

Плевать на качество картинки и мутные линзы: Here They Lie превращает тебя в животное и загоняет в стадо. И как только в виртуальной реальности появятся серьёзные драматические и взрослые произведения — всё изменится.

То же самое с хоррор-элементами. Прятки с монстрами в Amnesia — далеко не то же самое, что в Here They Lie. Сравнивать их вообще нельзя. Тут даже умный ксеноморф из Alien: Isolation проиграет, настолько сильно меняет ощущения VR. Да, противники в Here They Lie застревают «в текстурах» и ведут себя порой глупо, а их расстановка по локациям спорная, но это почти не влияет на общую картину.

В фазу «осторожного ужаса» выглядываешь из-за углов и боишься сделать шаг. Во время «гонки со смертью», напротив, бежишь куда глаза глядят под жуткие завывания за спиной. Погоню ощущаешь всем телом.

Однажды, увлекшись процессом, я случайно прикусил губу. Пощупал, поднес руку к лицу посмотреть, есть ли кровь. Но руки не было. Я попросту забыл, что сижу в очках виртуальной реальности. Мозг обманывается очень легко, и плохая графика здесь — не помеха. На этом эффекте можно и нужно играть.

Представьте игроизацию «Коллекционера» Джона Фаулза: вы — тот самый Калибан, который похищает прекрасную девушку и запирает у себя в подвале. Несколько раз в день вы наведываетесь к ней и пытаетесь сблизиться, убедить её в своих благих намерениях. Что вы будете чувствовать?

Или тот же Silent Hill представьте — вот вы забираете нож у Анджелы Ороско, уберегая её от суицида, а затем встречаете Абстрактного Папочку, визуальную метафору сексуального насилия. Нечто, неуловимо напоминающее кровать с телом под простынёй — оно подходит всё ближе и в буквальном смысле набрасывается на вас. Боюсь представить, как это выглядело бы в VR.

Виртуальная реальность даёт принципиально новые возможности как для хорроров, так и для игр в целом. Любую эмоцию VR многократно усиливает — это заметно уже сейчас, по Here They Lie. Вопрос только в том, как этими возможностями пользоваться, и получится ли адаптировать управление так, чтобы не тошнило. Я не уверен, что это возможно на текущем поколении, разве что завтра выпустят специальные чипы, встраивающиеся в позвоночник, которые будут перехватывать сигналы мозга к конечностям.

Аттракционы — это хорошо, но лучше их оставить паркам развлечений. Всё-таки мы здесь предпочитаем игры.

#обзоры #мнения #VR

Статьи по теме
Директор Epic Games предложил решение проблемы домогательств в виртуальном пространстве
Как появилась и развивалась технология виртуальной реальности
Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Узнавайте первым важные новости

Подписаться