Бесконечное лето и ДАТ ФИЛ

Раз уж в моем бложике была затронута тема визуальных новелл, было бы несправедливо обойти своим вниманием первую нашумевшую отечественную визуальную новеллу – «Бесконечное лето», выпущенную более десяти лет назад и обретшую культовый статус. Несмотря на прошедшее с момента выпуска время, думается мне, здесь есть о чем поговорить. Особенно в свете анонса долгожданного продолжения.

Мне не очень хочется касаться технических моментов – прорисовки персонажей, спрайтов, того, как иногда скачет качество иллюстраций. Все это было многократно рассмотрено людьми с гораздо более развитым визуальным вкусом. Конечно, язык Бесконечного Лета довольно прост (хотя мне он все равно нравится больше чем язык «Зайчика, например), характер героя скорее отталкивает, романтические ветки во многом наивны и нереалистичны на грани тех самых женских бульварных романов в мягком переплете. Найдутся и те, кто скажет, что БЛ вообще не достоин хоть сколько-нибудь развернутой критики.

Но в случае БЛ дела обстоят чуть сложнее. Сюжет презентует нам замкнутого асоциального молодого человека двачера Семена, который проводит свою жизнь, не вылезая из квартиры. Живет он в спальном районе, на улице – зима. И вот он садится в некий автобус и волшебным образом попадает в лето 1987 года, в пионерлагерь «Совенок». В Советский Союз, где «небес чистота, где девчонки как ветер». А сам он оказывается в теле семнадцатилетнего подростка. И жизнь Семы радикально меняется. Зима меняется на лето, одиночество – на социальность (хоть и вынужденную), искусственная среда спального района – на природную среду, безделье – на дисциплину, комфорт комнаты – на бодрящий дискомфорт юношеского лагеря. В «Совенке» нет горячей воды, приемы пищи можно «проспать», приходится выполнять врученный «план на неделю». Все эти обстоятельства оживляют чувства Семена, и тут очень кстати оказывается, что лагерь населен симпатичными девушками – цундэрэ Алисой, яндере Леной, традвайф Славей, малолетней Ульяной и Мику, которая просто японка. За каждой из них можно приударить, и вот этом случае зазноба Семена становятся для героя кем-то вроде Ольги Ильинской для Обломова, пробуждая в нем все возможные мужские охотничьи инстинкты, и качества, о наличии которых в себе сей несчастный двачер даже не подозревал. Как позже объяснял создатель (он это дело любит), каждый рут как бы мотивирует Семена выработать в себе то или иное качество, которого ему не хватает.

И тут начинается самое интересное. Многих «Бесконечное лето» чрезвычайно тронуло. Да так тронуло, что пошла речь о некоем чувстве под названием «дат фил» (видимо от мема “I know that feel, bro”). Что же на самом деле скрывается под этим названием? Если обобщать, то дат фил – это мечта. Мечта сразу о нескольких вещах. Конечно же, во-первых – это мечта об идеальной совершившийся юношеской любви. Опыт любовных разочарований юности – универсален. И «Бесконечное лето» проигрывает гипотетический сценарий если БЫ ты тогда БЫ подошел БЫ к ней БЫ и она БЫ улыбнулась…и закончилось БЫ это все жарким идеальным сексом в школьной раздевалке. То есть пубертатная романтическая фантазия. Но с возрастом эта фантазия полностью не уходит, она как бы остается в закоулках сознания, и БЛ как раз к ней прямо апеллирует. В этом заключается фундаментальная бульварная порнушность БЛ – неважно, насколько откровенны в ней сцены, важно, что БЛ работает по принципу фантазии - сценарий подчеркнуто нереалистичный. Неслучайно, в начале фигурирует именно сон, потому что БЛ это и есть нечто на грани сна, слишком хорошего, чтобы быть правдой. Кто-то бы, наверное, назвал это психотерапией, но я бы сказал, что это скорее антипсихотерапия. Это способ разбередить себе душу на пустом месте. Взрослому человеку такие переживания как минимум неполезны.

Во вторую очередь, БЛ это мечта о совершившемся взрослении. У Бесконечного Лета есть одна черта, за которую я уважаю этот проект – кристальная честность автора с собой и своей аудиторией (возможно сказалась известная алкоголизация автора). А честность с эмоциональным запалом – это такая штука, которая автоматически рождает хороший вкус, даже если его ранее у творца не замечалось. Поэтому и текст может местами раздражать, но он не так уж плох – может быть он прямолинеен и лишен украшательства, да, там много неуместных технических терминов вроде «гормональная система среагировала». Но именно так общаются и мыслят Семены, вот такими вот псевдотехническими оборотами. Ведь Семен – это не калька с японского школьника, Семен – это портрет двачера. И автор ни на секунду не льстит своей целевой аудитории, Семен – это слабый забитый человек. Настолько слабый и забитый, насколько это вообще возможно. Это фактически заявление Я/МЫ – чмо. Причем заявление это оказалось настолько искренним и прямым, что публика с ним практически согласилась. И вот для этой аудитории воспроизводится фантазия о том, что было бы, если бы в ходе своего взросления они бы выработали все качества, которых им сейчас не хватает. Если бы они вовремя попали в среду, где могли бы психологически вырасти. Это мечта об инициации.

Ну и последнее, самое неочевидное, Бесконечное Лето – это мечта о рае. То есть о подходящей среде для человеческого существа – месте, где есть солнце, вода, тепло, большой круг общения, умеренный бытовой дискомфорт, красивые существа противоположного пола. Неслучайно события происходят именно в Советском Союзе, и герои именно пионеры, хотя детские лагеря есть где угодно. Для автора принципиально, что события происходят "там", а никак не "здесь". И вот за что мне нравится БЛ – так за внезапные «странные» мысли, которые бы любая серьезная коммерческая редактура немедленно бы убрала:

«Все они (местные обитатели) казались совершенно нормальными. Приторно, до зубной боли нормальными! Не как человек- сосед с дрелью в одной руке и сабвуфером – в другой. Не как человек-пассажир, слишком уж часто встречающийся в метро и наземном транспорте. Не как человек-коллега, обитающий за соседним столом в опенспейсе. И даже не как человек-знакомый, который от других человеков отличается лишь непонятной назойливостью. Все они казались нормальными – такими, какими и должны быть люди в моём понимании, со всеми своими недостатками, но без сверхспособностей таких вот человеков»

Авторский взгляд тут очевиден – было нечто утрачено. Нечто естественное и человеческое. И Семен понимает, что в «Совенке» ему хорошо не просто из-за перспективы с кем-то заняться сексом, а потому что только в этом месте он встретил «нормальных» людей. Нет смысла углубляться насколько это исторически достоверно или недостоверно. В психическом измерении автора привычная нам реальность принципиально ненормальна, несмотря на то, что другой мы по сути не видели. А что нормально? Ответ прост – нормален рай.

ДАТ ФИЛ – это мечта о романтической любви юности, мечта о взрослении, и мечта, в конечном счете, о рае. Но коварство Бесконечного Лета в том, что оно абсолютно не дает никаких рецептов, как к этой мечте можно хотя бы приблизиться. Все «хорошие» концовки – абсолютно волшебны. Попадает в "Совенок" Семен по волшебству, влюбляются в него девушки по волшебству, на хорошие концовки он выходит по волшебному стечению обстоятельств. ДАТ ФИЛ - сугубо эскапистское чувство, оно хорошо, пока фантазия продолжается, а при столкновении с реальностью оно лишь превращается в тоску по несбыточному. Для таких людей как Семен, БЛ – это сладкая сказка, которая в каком-то смысле бьет по самым чувствительным рецепторам. Это просто-напросто опасно. А если вы уже узнаете себя в Семене, если вы тем более алкоголизированы как литературный отец Семена, и вы еще погружаетесь с головой в этот ДАТ ФИЛ, то ваши шансы получить плохую концовку Лены IRL многократно вырастают. Так что будьте осторожны.