Меня ценят на работе, но это ужасно.

Меня ценят на работе, но это тихонько разрушает мою жизнь, и я уже не знаю, куда бежать от этой комплиментарности.

Я у них уже полтора года примерно. Пришла по рекомендации друга, так как он меня буквально за руку привёл, сказал что-то типа: «Вот, берите, она огонь». И взяли. С первого дня всё пошло как по маслу: задачи закрываю, идеи подкидываю, начальство меня прям в пример ставит. «Яна, ну ты молодец, Ян, как ты это сделала? Яна, без тебя мы бы пропали». Даже премию лишнюю иногда выписывают. Казалось бы и что, живи и радуйся, да?

А рядом сидит он. Тот самый друг, который меня сюда и затащил. Работает лучше меня. Реально лучше. Я вижу, как он копается в деталях, которые я бы пропустила, как он ночью доделывает то, что я сдала «и так сойдёт». Но его постоянно гнобят. За всё. За мои косяки, да вообще за всё. Потому что «Яна не могла такое сделать, это, наверное, Серёга где-то напорол». И ему прилетает. Постоянно. С разборками, с «ты вообще понимаешь, что происходит?», с этими тяжёлыми взглядами на летучках.

А когда я реально виновата меня даже не зовут, даже в известность не ставят. Просто тихо исправляют и молчат. Как будто боятся, что я расстроюсь и «потеряю настрой». Я однажды сама пришла и сказала: «Ребят, это я облажалась, не надо на него». Так на меня посмотрели, как на ребёнка, который пытается взять вину за разбитую вазу: «Ян, ну что ты, мы всё понимаем». И продолжили гнобить его.

Мне неудобно до тошноты. Он, мой хороший друг. Лучший, если честно. Тот, кто когда-то сказал: «Не бойся, я тебя прикрою». А теперь я его личнй громоотвод, только наоборот. Он меня прикрывает своей репутацией, а я даже не всегда успеваю сказать «это я». Пыталась говорить с руководством: «Вы зря его так, он работает лучше всех, а вы его за мои грехи». Улыбнулись, кивнули: «Яна, ты слишком добрая, не переживай».

А я переживаю. Почти каждый день. Потому что вижу, как он уже не шутит по утрам, как раньше. Как у него глаза усталые. Как он иногда смотрит на меня, но не со злостью, а с такой тихой усталостью что ли, будто говорит: «Я понимаю, но… блин».

Я не знаю, как это разруливать. Меня ценят. А мне от этого так хреново, как будто я предательница.

Короче такие дела. И не знаю, кому об этом ещё рассказать, кроме вас тут.