Полумертвый интернет: Танец на краю кабеля

Блокировки наболели, по этому мой первый пост на ДТФ объясняющий всю боль блокировок. Будет в нескольких частях.

В последнее время мы часто читаем новости об очередных блокировках очередного интернет-сервиса. Многим это не нравится, и я могу их понять, однако, на мой взгляд, постулируемые в интернете и личных разговорах позиции, выражающие недовольство действиями государства в сфере интернета, несправедливы. Подобные процессы происходят во всем мире десятилетие и раньше никого в значительной степени не беспокоили.

В этой статье мы постараемся рассказать, почему происходящее в области контроля интернета — это не что-то из ряда вон выходящее и почему следует отнестись к этому более спокойно.

Начнем с базиса — информационно-телекоммуникационная сеть «Интернет» является изобретением, по историческим меркам сегодняшним, однако по широте своего проникновения в нашу жизнь оно давно перепрыгнуло славу радиоволн и печатного станка. Выросли целые поколения, не представляющие свою жизнь без благ интернета, а сама сеть проникла во все сферы нашей жизни — от покупок в магазине до выбора президента страны.

Многие из нас (особенно кто помоложе) привыкли думать, что интернет — это нечто само собой разумеющееся, нечто, что просто естественно существует рядом с нами, однако это не так. Существованием интернета мы обязаны огромному множеству людей и организаций.

Первое, что необходимо вспомнить, рассуждая об интернете, — это то, откуда он берется. Интернет не существует в вакууме как своеобразный Эйдос, он жестко привязан к физическим объектам, инфраструктуре: дата-центрам, кабелям, энергетическим системам — у всего этого есть владельцы и контролеры.

Операторы интернета, к которым мы давно привыкли, имеют несколько градаций. Операторы первого уровня — это крупные корпорации, обладающие международной кабельной инфраструктурой, в первую очередь подводной. Также Тир 1 обеспечивает контроль передачи контента на глобальном уровне, в обязательном порядке предоставляет бесплатный обмен данными между другими Тир 1 операторами. Выпадение одного Тир 1 оператора из сети отнимает доступ у пользователей к этому сегменту интернета. На сегодняшний день таких операторов где-то 15. В Европе они частично государственные, в США в основном принадлежат крупным финансовым фондам типа BlackRock, The Vanguard Group и т.п., которые тоже имеют теплые корпоративные связи с государством. Т.е. де-факто Тир 1 инфраструктура подчинена государствам.

Тир 2 операторы — это различные операторы регионального уровня, которые могут быть значительно больше Тир 1, но при этом таковыми не являются. Они выкупают у Тир 1 доступ к сетям и перепродают его на рынке другим Тир 2 и Тир 3. Есть у них и другие функции, но в них вдаваться не будем. Просто учтем, что Тир 2 операторы — это наши с вами отечественные Ростелеком, МТС и другие.

Как известно, после начала СВО многие зарубежные организации по команде сверху вышли с российского рынка. Операторы связи — не исключение. Если все операторы связи Тир 1 вышли из России, тогда почему у нас осталась возможность сообщаться с внешним интернетом?

Благодаря тому, что провайдеры в России заранее построили гибкую пиринговую систему с другими Тир 2 операторами, а также благодаря выносным узлам, которые до сих пор обслуживаются Тир 1 операторами если находятся за пределами России. Справедливости ради, с Tier‑1 операторами ситуация выглядит менее однозначной, чем принято упрощённо описывать. Формально многие из них дистанцировались от российского рынка, однако на практике полное исчезновение не произошло. RETN прошёл через реструктуризацию и смену формальной конфигурации присутствия, но его инфраструктура и маршруты никуда не делись. Tata продолжает работать, пусть и с заметно просевшими объёмами — оборот сократился кратно по сравнению с довоенным периодом, однако коммерческая активность сохраняется. Российский Orange, долго балансировавший между юрисдикциями РФ и ЕС, в итоге формально развёл структуры с Orange S.A. и France Telecom и уходит в ребрендинг, но магистральная сеть, в которую были вложены значительные средства, остаётся в эксплуатации.

При этом важно понимать: даже без этих игроков российские провайдеры уже имели достаточную степень автономности за счёт развитого пиринга и собственной инфраструктуры. А сами международные операторы, несмотря на политические решения, не заинтересованы полностью «обнулять» присутствие — слишком велики инвестиции в магистрали и точки присутствия. В результате они, формально соблюдая ограничения, стараются сохранить хотя бы частичную монетизацию инфраструктуры и продолжают участвовать в трафикообмене в тех формах, которые остаются для них допустимыми.

Кроме того, нашим провайдерам удалось быстро провести перестройку пиринга и усиление локального IXP‑пиринга: после ухода ряда зарубежных транзитных партнёров российские провайдеры активизировали прямые пиринговые связи между собой и через точки обмена трафиком (IX) — чтобы снизить зависимость от иностранного транзита и удержать внутригосударственный трафик внутри «Рунета».

Разворачивание и использование выносных/пограничных узлов и офф‑нет точек присутствия: крупные операторы и дата‑центры поддерживают удалённые точки присутствия за пределами РФ (пограничные узлы, береговые станции подводных кабелей), через которые остаётся транзит к глобальным сетям; это даёт возможность «прокинуть» трафик через чужую юрисдикцию, даже если прямые контракты с некоторыми Тир-1 приостановлены.

Перенастройка BGP‑политик и маршрутизации: провайдеры оперативно меняли маршрутизационные политики (BGP), вводили альтернативные пути, перенаправляли трафик через соседние страны и региональные транзиторы (Казахстан, Турция, Китай и др.), чтобы обойти выпавшие маршруты.

Вообще Россия, стабильно год от года гуляет по первой двадцатке стран по устойчивости интернета.

Более того, всеми “любимый” нами “Ростелеком” заканчивает в этом году свой мегаамбициозный проект TEA Next, который должен связать Европу (Франкфурт, Стокгольм и иже с ними) с Китаем, Японией и Монголией. И если со стороны Европы с запуском магистрали есть, скажем так, определенные трудности, то подводный кабель Находка - Пусан (24 волокна) строится и будет запущен в срок. Ну и никуда не делся кабель Находка-Токио, который обслуживается Ростелеком совместно с японским KDDI.

Таким образом, Россию с остальным миром соединяют 5 подводных кабелей и десятки наземных. Связь осуществляется напрямую со странами ЕС, Казахстаном, Грузией, Украиной, Беларусью, Японией и Китаем. А скоро добавится еще и шестой от Ростелекома, который обеспечит связанность с Кореей (внезапно, НЕ северной).

Если упростить, то схема взаимодействия выглядит так: Глобальный интернет → Подводный/наземный кабель → Береговая станция (CLS) → Магистральная ВОЛС → Региональный узел связи → Городская сеть → Районный узел → Дом → Квартира

Как можно заметить из схемы, именно физический фрагмент сети является узким местом всей системы. Страны, у которых нет так набившего оскомину «суверенного интернета», т.е. достаточно сильной развитой внутренней сети и определенной децентрализации, могут оказаться в положении, когда их информационная инфраструктура ляжет под гнетом внешнего влияния. Так могло случиться с Россией, когда Тир 1 операторы разом вышли с рынка, но не случилось. Но многим страны к такому не готовились.

В 2012 году Сирия исчезла из мировой интернет-сети почти полностью. Эдвард Сноуден в интервью Wired утверждал, что АНБ США пытались внедрить эксплойт в маршрутизатор крупнейшего провайдера Сирии, чтобы контролировать трафик, но что-то пошло не так, и маршрутизатор упал, сложив сирийскую интернет-инфраструктуру почти полностью. Таким образом, у нас есть понятный случай, что в некоторых случаях внешние игроки могут воздействовать на IT-инфраструктуру страны в политических и военных целях.

Египет 2011 года полностью отрубил интернет на несколько дней. Это было внутреннее решение, которое выполнили провайдеры связи, временно закрыв международные шлюзы как средство противодействия «Арабской весне».

По данным Access Now, в Украине и Йемене из-за повреждения инфраструктурных объектов в ходе боевых действий выключался интернет, пусть и сегментарно. Тот же источник отмечает, что за 10 лет насчитывается как минимум 850 отключений интернета в масштабах стран, и разбросаны они в основном по разным странам Азии и Африки.

Подытожим первую часть нашей статьи.

1. Интернет — это не только глобальная сеть обмена информацией, проникающая во все сферы общества, но и обширная инфраструктура.

2. В отличие от программной части, физическая часть интернета является гораздо более уязвимой.

3. В истории есть множественные случаи, когда от интернета отключали целые страны и регионы. Это могло быть как внутренним решением, так и воздействием внешних политических и военных сил.

4. Страны с более развитой физической инфраструктурой менее подвержены внешнему влиянию на интернет внутри страны, однако полностью от него не освобождаются, т.к. вся зарубежная инфраструктура может оказаться недоступной по требованию государств, на территории которых эта инфраструктура находится.

5. То что у вас есть возможность хулить Ростелеком, Роскомнадзора и иже с ним — заслуга большой пятерки провайдеров, включая ростик.

Источники и полезные ссылки:

1. blog.qrator.net/en/2022-re... - топ по безопасности интернета

2. habr.com/ru/article... - Основы интернета

3. habr.com/ru/article... - Два столпа интернета