Хоррор про маяк, который запал в душу

Атмосферный хоррор, мой любимый в этом жанре (я капец как обожаю их). Загадочность и графика просто запали в душу.

Мне игра напоминает фильм «Маяк 2019 года» и смесь Dear Esther с Amnesia.С детства маяки вызывали у меня необъяснимый страх - наверное, дело в легендах, которые о них ходят.

Игра основана на реально произошедшей истории на острове Фланнан. В 1900 году трое смотрителей маяка бесследно исчезли. Все ещё неизвестно, куда и почему они пропали.

В сюжете у нас есть три героя:

1) прошлый смотритель,
2) мы
3) и будущий смотритель.

Прошлый смотритель, выполнив желание маяка, становится коконом.

Именно он хочет нас поймать, чтобы мы стали следующим смотрителем, который в итоге превратится в монстра.

Но прошлый смотритель нас убивает - из-за этого круговорот замыкается, а маяк погибает, ведь маяк - это огромный живой организм.

Помните, когда на маяке было кучу мотыльков?

Это они прилетели с храма.

Тот старый смотритель на самом деле не умер - нам потом показывают, что это именно он идёт по лабиринту, находит храм и открывает сундук, из которого как раз виднелись те самые мотыльки.

А дальше нам дают играть за монстра - мы переигрываем те же ситуации, что были раньше, только уже от лица монстра.

То есть это старый смотритель в виде монстра охотится на нас.

Дед, который каждую неделю привозит смотрителей, делает это специально, чтобы они стали мотыльками. Если смотреть, сколько мотыльков окружили маяк, то становиться понятно, что жертв много.

Когда героя кидают то в деревню, то в маяк, то в пещеру - это просто показ того, как главный герой сходит с ума.

Также на это указывают бутылки и фразы лодочника: «не сойди с ума от одиночества» и «смотритель совсем выжил из ума, целыми днями пьёт и бродит по острову»

А что, если все эти переходы и то, что видит смотритель маяка - это лишь воспоминания прошлых смотрителей, а весь этот культ нужен лишь для того, чтобы сделать идеального смотрителя?

Сам маяк - это живое существо, и все концовки как раз об этом: маяк жив, но когда мы уплываем, он мёртв.