С чего вы взяли, что вы Румата?
Как сериал «Трудно быть богом» избавляет зрителя от самого неудобного в повести Стругацких
Ведь что важно в экранизации? Точное следование оригиналу? Вопрос для меня далеко не праздный, ведь и я ломал голову над своей экранизацией. Для себя я уяснил одно. Важно только то, как создатель фильма разговаривает с автором. Может быть, он соглашается с ним. Или противоречит. Или отвечает вопросом на вопрос... Из такого диалога и прорастает киноадаптация.
Можно говорить о костюмах, актерской игре, декорациях, графике сериала по "Трудно быть богом" - почему бы и нет? Но давайте попробуем разобраться: о чем создатели сериала ведут диалог со Стругацкими?
В основе всегда текст
Я перечитал повесть и с тревогой понял, что воспоминания о книге не то, что не точны, они как будто пропущены через мягкий фильтр: средневековый кошмар, но кошмар ненастоящий. Выхолощенный. Может быть поэтому, кстати, люди ругали картину Германа? Они сравнивали ее не с книгой, а со своей памятью о ней. А в памяти все - сон.
Я перечитал "Трудно быть богом" — это жестокий текст. В нем после переворота Румата "через кучи отбросов, трупы собак и зловонные лужи, кишащие белыми червями" пробирается к монахам. В нем на столе, накрытый до пояса простыней, лежит мертвый слуга Руматы, мальчик Уно. В нем, пронзенная двумя стрелами — одна торчала из горла, другая из груди — на пол падает убитая Кира.
Но дело не в жестокости. Жестокость всего лишь обратная сторона жалости. А "разве бог имеет право на какое-нибудь чувство, кроме жалости?"
Дело во взгляде на мир
Вспомним, как описывал в книге горожан Румата:
Они были пассивны, жадны и невероятно, фантастически эгоистичны. Психологически почти все они были рабами – рабами веры, рабами себе подобных, рабами страстишек, рабами корыстолюбия. И если волею судеб кто-нибудь из них рождался или становился господином, он не знал, что делать со своей свободой. Он снова торопился стать рабом – рабом богатства, рабом противоестественных излишеств, рабом распутных друзей, рабом своих рабов. Огромное большинство из них ни в чем не было виновато. Они были слишком пассивны и слишком невежественны... Но все-таки они были людьми, носителями искры разума
Думаете, это об арканарцах?
Румата ведь вовсе не наш современный парень, свой в доску попаданец при дворе арканарского короля. Это человек будущего, каким оно могло бы быть, человек, для которого и средневековые бюргеры, и мы, обитатели двадцать первого столетия отличаемся только прическами. Часто вы встречали таких, как Румата? Стоит только немного задуматься, и становится ясно, что Руматы далеко, а вокруг гораздо больше простых арканарцев.
А если мы и встретимся с Руматой, то не узнаем его. Это он всматривается в нас, а вернее, Стругацкие предлагают нам поглядеть в зеркало. И тогда становится ясно, что книга не столько о героях-землянах, ведь землян будущего не существует, не об их провалах и моральных дилеммах, а о нас, обывателях настоящего.
Это на нас смотрит бог с исчезающей жалостью...
"Можно дать им все. Можно поселить их в самых современных спектроглассовых домах и научить их ионным процедурам, и все равно по вечерам они будут собираться на кухне, резаться в карты и ржать над соседом, которого лупит жена. И не будет для них лучшего времяпрепровождения"
Что же отвечают авторы сериала Стругацким?
Они отвечают боевой фантастикой "в духе "Игры престолов" и "Дюны", как утверждает Wink. Секс, драки и графика. Использованы основные сюжетные тропы: "попаданец", "дева в беде", "сад предательств", где Картман, простите, дон Рэба плетет интриги, и прочее, и прочее...
Что же движет землянами в сериале? Об этом говорит герой Безрукова:
Весь наш институт истории не особо отличается от обычного языческого культа. Им нужна ритуальная жертва: кто-то, на кого можно свалить все провалы и продолжить миссию уже без грехов. Вот такой жертвой буду я... мне все равно скоро на пенсию...
То есть коммунарам будущего из Института истории главное спихнуть с себя ответственность, назначить виновных и ни за что не отвечать... Но, может быть, это только дон Кондор так смотрит на свое учреждение? Сам он, кстати, якобы готов стать жертвой. Вспомним, однако, как глава космической станции Джоан отреагировала на известие о том, что Румата убил человека ("накосячил", по словам героя Безрукова):
Ладно, пусть работает. Но если дойдет до комитета, я никого выгораживать не буду!
Что там за комитет, можно уже не объяснять. Кто будет крайним и кто кого прикроет - зрителю это понятно без всякого Арканара. И дело даже не в том, хорошие они люди или плохие. Просто мы их слишком хорошо знаем...
А что с мотивацией Руматы? Почему он в Арканаре? Зачем ему сдался этот Арканар? С какой стати ему искать какого-то доктора Будаха? Видно, что авторов сериала тоже мучил этот вопрос. Сознательно или бессознательно они понимали нелепость затеи: шататься по чужой планете, зачем-то спасать какого-то врача. Для чего это такому статному парню, как Румата? В чем его мотивация? Нужно было как-то усилить "арку персонажа", и решение было найдено:
Будах — это замаскированный отец Руматы...
Наверное, в этом и ответ
Действительно, люди будущего у Стругацких это люди с неудобной для нас моралью. Они, обеспеченные абсолютно всем, рискуют жизнью, ломают психику, теряют любимых на дикой планете ради незнакомцев, ради совершенно посторонних ученых, музыкантов, поэтов. Ради странной надежды, что человечество можно изменить к лучшему (но сами они этого не увидят, ведь единица времени у них "не секунда, а век"). Жестокость Арканара делает жалость не красивым чувством, а почти непосильным требованием остаться человеком. Это вызывает подсознательную тревогу.
Гораздо спокойней для зрителя и для автора показать привычное для нас приключение с привычным героем: он на планете, потому что хочет спасти пропавшего отца. За такого героя можно переживать, не задаваясь неприятным вопросом, чем ты сам от него отличаешься. Его коллеги хотят строить карьеру и ни за что не отвечать. И в общем-то они неплохие парни, вот только они — наши современники, коллеги по лестничной клетке, а совсем не "боги из будущего".
Интересно, что когда Стругацкие еще только задумывали "Трудно быть богом", у них и правда в планах была
остросюжетная штука, вся в приключениях и хохмах, с пиратами, конкистадорами и прочим, даже с инквизицией", которую можно было написать "весело и интересно, как "Три мушкетёра"
Но отчего-то в ходе работы над повестью вся легкость исчезла. Стругацкие ушли от приключенческой беззаботности к неудобному разговору о настоящем.
Отчего, как думаете?
И вот, авторы сериала нам эту беззаботность возвращают.
Больше статей в моем телеграме