[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "flvn" } } } ] { "gtm": "GTM-NDH47H" }
{ "author_name": "Дмитрий Мучкин", "author_type": "self", "tags": ["\u043c\u043d\u0435\u043d\u0438\u044f","\u0441\u0435\u0440\u0438\u0430\u043b\u044b"], "comments": 20, "likes": 45, "favorites": 4, "is_advertisement": false, "section": "default" }
11 546

Почему эпизоды сериалов стали такими долгими

И чем чревато приближение длительности серий к полному метражу.

Поделиться

В избранное

В избранном

Журналист The Hollywood Reporter Брин Элиз Сэндберг (Bryn Elise Sandberg) написала материал о том, что сериалы стали часто выходить за стандартные для телевидения рамки продолжительности.

DTF публикует перевод материала.

Есть множество признаков, что мы достигли пика развития телевидения, и вот ещё один: длительность серий давно превысила некогда священные ограничения в 42 минуты для драм и 22 минуты для комедий.

Когда-то продолжительные серии были редкостью на кабельном телевидении — в 2002 году HBO позволил Дэвиду Чейзу (David Chase) выпустить 75-минутный эпизод «Клана Сопрано», — но сейчас они широко распространены на каналах типа FX, USA и AMC. А стриминговые сервисы наподобие Netflix и Amazon часто вообще не ограничивают авторов, таким образом подгоняя всю остальную индустрию.

«Все старые правила были перевёрнуты той золотой лихорадкой, в которую превратилось современное телевидение, и сейчас как никогда важно уважать уникальное видение исполнительных продюсеров», — говорит Джефф Уочтел (Jeff Wachtel), директор по контенту и президент Universal Cable Productions. UCS снимает «Мистер Робот», самая продолжительная серия которого длилась 65 минут. «Строгие правила прошлого больше не подходят», — добавил Уочтел.

«Лучше звоните Солу»

Один эпизод «Лучше звоните Солу» длился 53 минуты (исключая рекламу), что чуть меньше 55-минутной продолжительности финала Breaking Bad. FX регулярно переходит часовую границу: самая длинная серия «Легиона» длилась 70 минут, а «Американцы» и «Фарго» доходили до 69 минут.

В то же время, чтобы не уступать кабельному ТВ, серии фантастической драмы «Мир Дикого Запада» от HBO в среднем длятся 61 минуту, а финал сезона продолжительностью 89 минут стал одним из самых длинных эпизодов за всю историю, наряду с пилотными выпусками «Отжиг» от Netflix — 93 минуты и «Винил» от HBO — 112 минут.

«Очень редко бывает так, чтобы наши сериалы укладывались в заранее обозначенные форматы», — говорит Эрик Шрайер (Eric Schrier), президент отдела оригинальных проектов FX. Канал был первой коммерческой сетью, начавшей экспериментировать с расширенной длительностью в сериалах «Части тела», «Щит» и «Сыны анархии», финал шестого сезона которых растянулся на два часа, включая рекламу. Расширенная длительность когда-то разожгла войну за доходы с рекламы, сейчас сети нашли способы распределять рекламу, добавляя большее количество рекламных пауз.

«Сыны анархии»

Лучше всего эта практика подходит более медленным сериалам типа «Американцев», которые полны задумчивых моментов и затяжных кадров. В первой серии последнего сезона «Американцев» 12 минут было посвящено практически безмолвной сцене копания могилы.

Можете себе представить, сколько у нас было обсуждений по поводу подходящей продолжительности. В конце концов мы созвонились с директором FX Джоном Ландграфом (John Landgraf), и он сказал «Мне кажется, задача этой сцены — показать, как трудно выкопать человеческую могилу посреди ночи, так что я бы ничего не менял». ​

Джоэл Филдс, исполнительный продюсер сериала «Американцы»

Однако новая норма для сериалов, приближающихся по длительности к полнометражным фильмам, — это необязательно хорошо. Особенно учитывая, что зрители и так перегружены невероятным количеством доступного контента, а критики всё чаще высказывают недовольство растянутыми сюжетами и малосодержательными сценариями.

«Нам нужно быть осторожными, чтобы не создавать порог входа для аудитории. Я сам, если вижу, что серия длится дольше обычного, иногда откладываю её на потом, — говорит Уочтел. — Поэтому слишком часто так делать не стоит».

«Американцы»

Сценаристы вещательных сетей до сих пор обязаны укладываться в привычные рамки, но не все хотят неограниченной свободы.

На сетевых каналах множество сценаристов, которые должны придумывать шестиактовые серии, укладываясь в 42-минутные рамки, и они довольны своей работой. С другой стороны, тем, кто работает без ограничений по времени, иногда бывает трудно вырезать лишнее из своих творений.

Дэн Фогельман, автор сериала «Это мы»

Во время пресс-тура Ассоциации телевизионных критиков в январе Майк Шур (Mike Schur), автор «В лучшем мире» (тоже от NBC), рассказал о творческих преимуществах строгих правил, отметив, что «ограничения делают сериалы лучше, потому что они заставляют сценариста думать об актах, о том, что чувствует главный герой». Шур заметил: «Я смотрю сериалы на стриминговых сервисах, и часто думаю: „Дайте мне два часа, я сделаю эту фигню на 15 минут короче, и она станет лучше“».

«Оставленные»

Продюсер «Оставленных» Дэймон Линделоф (Damon Lindelof), согласен с этой точкой зрения: «Ограничения всегда полезны. Они действуют как дедлайны, и они абсолютно необходимы». Впрочем, финал сезона его сериала длился 72 минуты, включая примерно 20 минут, на протяжении которых актриса Кэрри Кун (Carrie Coon) не произнесла ни слова. «Иногда приходится удалять очень важные строчки диалогов или вырезать кадры с чьим-то лицом прямо перед эмоциональным моментом», — отметил Линделоф.

Разумеется, традиционные временные ограничения на телевидении были введены не по творческим, а финансовым соображениям (сетка вещания, перерывы на рекламу и так далее). И именно изменения в телевизионном бизнесе позволили сериям стать продолжительнее.

Netflix даёт на съёмку одной серии шесть дней, хотя стандарт для получасовых комедий — пять дней. В первую очередь из-за этого эпизоды «Несгибаемой Кимми Шмидт» длятся от 23 до 36 минут. «Это означает, что сериал становится на 20 процентов больше», — объясняет Роберт Карлок (Robert Carlock), который вовсе не скучает по необходимости урезать серии «Студии 30» до вещательных стандартов.

«Мастер не на все руки»

То же справедливо и для «Мастера не на все руки». Во втором сезоне комедии от Netflix есть серия, которая идёт 21 минуту, и серия, которая длится почти час.

Йенг говорит, что 57-минутный эпизод «Мастера не на все руки» воспринимался как два, и что Netflix разрешил ему взять ещё несколько дней на досъёмку. «Я помню, как разговаривал со съёмочной группой, и все были рады, что им удалось поработать ещё неделю», — добавляет он.

Но даже один из самых ярых защитников тренда соглашается, что ситуация немного выходит из-под контроля. «Честно сказать, мне кажется, мы немного расслабились, — говорит Ландграф. Он признаётся, что некоторые написанные им серии могли быть и покороче. — Мы одумались и решили, что если ты можешь сделать серию любой длительности, то это не значит, что ты должен».

#мнения #сериалы

Статьи по теме
Каково это, когда твой любимый сериал никому не нужен
Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Узнавайте первым важные новости

Подписаться