4 истории по 100 слов

Привет! Выкладываю 4 драббла. Драббл – одна из форм flash fiction, сверхкраткой прозы. Максимальный объем – 100 слов.

Наконец, профессор уговорил меня слетать на дрейфующий остров. Лень, но что поделать. Мы пролетели над океаном, догнали остров и сели среди густой полянки. Вышли, стоим.

– Вы довольны, профессор?

Не слышит, уже взял камень и зачарованно разглядывает. До вечера я шатался за ним. Набрали полные рюкзаки проб. Уже смеркалось, когда он решил пробурить «небольшую скважинку». Помог ему установить и запустить бур, а сам пошел спать.

Только закимарил в кабине – стук в стекло.

– Что случилось?

Вышел, а бледный профессор потащил меня за рукав. В свете фонарика я вижу, что на месте скважины все залито чем-то черным, растекаются ручьи.

– Что это, профессор?

– Анализатор показывает, что это кровь.

– Но как…

Земля пошатнулась.

Вчетвером встретились на перекрестке темных коридоров. Стоим в красном свете фаера.

– Она не могла исчезнуть.

– Я всегда знал, что она чокнутая.

– Доку это уже не поможет.

На похоронных рейсах работает психолог. Она ударила его куском зеркала в горло. Ушла, ладонью оставляя на стене алую полосу. Искали по этому следу, но корабль огромен – тысячи ледяных трупов на борту… Меня осенило!

Отправил запрос – недавно открывалась только криокапсула NF611. Мы бежим по коридору. Сердце стучит в горле. ТАК спрячется только безумец.

Мы в грузовом отсеке. Бот везет капсулу. Жму «открыть», валит азотный пар, и сквозь него я вижу оледенелое тело N, руки скрещены на груди.

На панели в комментарии к грузу надпись: «Хаос». Она была отличным электриком.

Дежурю на вышке, смотрю на кромку бесконечного леса. Что оттуда только не приходит. Наползают разные твари. В ночи стоят черными тенями и смотрят горящими глазами. Тогда свечу на них прожектором – они убегают, треща ветками. Иногда валят деревья. Палец мой вечно на крючке.

Этой ночью я чувствую чей-то взгляд. Что-то смотрит оттуда. Или мне кажется? Направляю винтовку и смотрю в прицел. В тепловизоре вижу красно-зеленый силуэт человека.

– Эй, кто там? – крикнул.

– Эй, кто там? – прилетело в ответ.

– Стрелять буду!

– Стрелять буду! – прокричал неизвестный так громко, что птицы сорвались с ветвей.

Я включил прожектор и в круге света увидел самого себя.

– Нас не съедят, братишка, зуб даю, – сказал он тогда, распятием вися в паутине.

Мы убегали и попались. Влипли посреди джунглей.

– Она не знает, что с нами делать. Никогда такого не ела. Скажи спасибо эволюции. Понюхает и будет мошкару жрать.

Мошкара размером с мяч шевелит лапками неподалеку. Сначала бесилась и рвалась, но смирилась. Мы тоже. Надеюсь, что нас ищут.

Вечером зашуршала листва и затрещали ветки. Явилась мать всех пауков, черная, как смерть. Друга моего мелко трясет, по всей паутине идет дрожь.

Я тогда закрыл глаза и подумал, что я слишком далеко, чтобы сожрать меня первым. И не ошибся. Он давал мне зуб, но от него ничего не осталось.

Спасибо, что прочли!