Потоп во времена шумерской цивилизации

Шумерская цивилизация по праву считается одной из самых загадочных в мировой истории. На протяжении нескольких тысяч лет города Лагаш, Ур, Урук (названий им сотни) были экономическими и культурными центрами междуречья Тигра и Ефрата. Пронизанная системой оросительных каналов, долина рек была житницей для многочисленного населения.

Зимние месяцы сопровождались обильными дождями и выходом рек из берегов. Об этом свидетельствуют названия десятого (декабрь-январь) и одиннадцатого (январь-февраль) месяцев по вавилонскому календарю — «потопление» и «побивание ветром». Сельскохозяйственные циклы играли огромную роль в жизни шумерского общества. Однако слово «потоп» могло использоваться не только применительно к природным катаклизмам. Так, например, «потопом» древние шумерские тексты называют наказание царя аккадской династии Нарам-Суэна, сына Саргона Древнего. Бог воздуха и бурь Энлиль наслал на властителя государства наказание за его неправедность. Само наказание имело множество стадий, самым тяжёлым являлось разграбление столицы страны Ниппура племенем кутиев. «Плачи по Ниппуру» стали основой городских зимних ритуалов. В них наказание богов наречено «потопом», хотя, по всей видимости, о водной катастрофе речи не было.

В 1872 году 32-летний британский гравер и ассиролог Джордж Смит среди артефактов из библиотеки Ашшурбанапала нашёл обломок глиняной таблички с описанием предания о всемирном потопе. Находка произвела фурор в европейском обществе — налицо были переклички с известным ветхозаветным сказанием о праведнике Ное, построившем ковчег и пережившем природный катаклизм. В следующем году Смит смог отправиться в экспедицию в Ниневию для поиска недостающих фрагментов эпоса. Спонсором этой поездки стал Эдвин Арнольд, издатель газеты The Daily Telegraph. Поиски увенчались успехом, и уже в 1875 году Смит опубликовал результаты своих поисков в труде Assyrian Discoveries: An Account of Explorations and Discoveries on the Site of Nineveh, During 1873 to 1874

Катаклизм шёл 6 дней, после чего вода стала спадать, а судно оказалось на вершине горы Нисир — так в древности называли Арарат. Боги даровали Зиусудре бессмертие, и от него вновь пошёл род человеческий. Предание поразительно похоже на историю о Ное. Это позволило учёным утверждать, что семитские библейские сказания базировались на шумерских, аккадских, ассирийских и вавилонских мифах.

Жители Шумера почитали и четверку «великих», «космических» богов. Это были Ан (Ану) – бог Неба, Энлиль – бог воздуха, Энки – бог подземных вод и, наконец, богиня-мать Нинхурсаг, носившая в разных шумерских «номах» разные имена (Нинхурсанг, Нинмах, Дингирмах). Именно они создали вселенную, землю, воду, каналы, растительность, животных и людей. Именно они занимали вершину месопотамского «Олимпа».

Потоп

В эпосе о Гильгамеше — героическом правителе города Урука. Утнапиштим (именно так в аккадском эпосе звался Зиусудра) рассказывает царю, как достиг бессмертия. Однако таблички, которая повествовала бы о конце разговора двух могущественных героев, обнаружено не было.

После смерти своего ближайшего друга Энкиду, вместе с которым он совершил множество героических подвигов, царь Урука в поисках секрета бессмертия решил отправиться к Утнапиштиму (шумерскому Зиусудре, библейскому «Ною») – единственному человеку на земле, которому боги даровали вечную жизнь. Преодолев немыслимые трудности на своем долгом пути, Гильгамеш добирается, наконец, до места обитания праведника и выслушивает от него подробный рассказ о катастрофическом наводнении, уничтожившем весь род человеческий.Утнапиштим – сын Убар-Титу, царя города Шуруппака, одного из древнейших городов Шумера – всегда отличался миролюбивым нравом, добротой и благочестием и поэтому был любимцем богов, и особенно Энки (вавилонского Эа). И вот в один прекрасный день, когда грехи безмерно расплодившихся людей переполнили чашу терпения верховного бога Энлиля, он приказал уничтожить человечество с помощью гигантского потопа.Но Энки-Эа и здесь нашел выход: он тайно поговорил с Утнапиштимом через тонкую стену тростниковой хижины, предупредив о грозящей беде и посоветовав построить большой корабль и погрузить туда «семя всех живых существ»:

Шуруппакец, сын Убар-Титу,

Снеси жилище, построй корабль,

Покинь изобилье, заботься о жизни,

Богатство презри, спасай свою душу!

На свой корабль погрузи все живое.

Тот корабль, который ты построишь,

Очертаньем да будет четырехуголен,

Равны да будут ширина с длиною,

Как Океан, покрой его кровлей!

Правитель Шуруппака незамедлительно выполнил все советы божества. Был построен огромный семипалубный корабль квадратных очертаний, который при спуске на воду «погрузился на две трети».

Нагрузил его всем, что имел я,

Нагрузил его всем, что имел серебра я,

Нагрузил его всем, что имел я злата,

Нагрузил его всем, что имел живой я твари,

Поднял на корабль всю семью и род мой,

Скот степной и зверье, всех мастеров я поднял…

Когда погода стала резко ухудшаться и небо заволокли черные тучи, наш шумерский «Ной» понял, что время потопа пришло. Он взошел на корабль и засмолил его двери. Далее следует детальное описание разразившейся катастрофы:

Едва занялось сияние утра,

С основания небес встала черная туча.

Адду гремит в ее середине,

Шуллат и Ханиш идут перед нею,

Идут гонцы, горой и равниной.

Эрагаль вырывает мачты,

Идет Нинурта, гать прорывает,

Подняли факелы Ануннаки,

Чтоб их сияньем зажечь всю землю.

Из-за Адду цепенеет небо,

Что было светлым – во тьму обратилось,

Вся земля раскололась, как чаша.

Первый день бушует Южный ветер,

Быстро налетел, затопляя горы,

Словно войною, людей настигая.

Не видит один другого,

И с небес не видать людей…

Даже сами боги устрашились этого ужасного зрелища и стали сетовать по поводу того, что они натворили. Но остановить разгул стихий уже было нельзя.

Ходит ветер шесть дней, семь ночей,

Потопом буря покрывает землю.

При наступлении дня седьмого

Буря с потопом войну прекратили…

Успокоилось море, утих ураган – потоп прекратился.

Утнапиштим-Зиусудра открыл люк, и на лицо его упал солнечный луч. Кругом царили тишина и покой. Но это была мертвая тишина:

Я взглянул на море – тишь настала,

И все человечество стало глиной!

Плоской, как крыша, сделалась равнина,

Я пал на колени, сел и плачу,

По лицу моему побежали слезы.

Стал высматривать берег в открытом море —

В двенадцати поприщах поднялся остров.

У горы Нацир корабль остановился…

Ковчег Утнапиштима простоял у горы Нацир (Насир) шесть дней, но никакой другой суши на горизонте не было видно. Тогда наш «Ной» послал на разведку голубя, но тот вернулся ни с чем; потом ввысь взлетела ласточка и также не обнаружила земли; наконец в путь был отправлен ворон:

Ворон же, отправившись, спад воды увидел,

Не вернулся; каркает, ест и гадит…

Тогда Утнапиштим вышел на вершину горы и вознес молитву богам, воскурив благовония из мирта, кедра и душистых трав. И «боги почуяли добрый запах», «как мухи, собрались к приносящему жертву и возрадовались, увидев, что хотя бы кто-то уцелел после всемирной катастрофы». Правда, довольными оказались не все. Грозный Энлиль, по приказу которого и был устроен потоп, страшно разгневался и на уцелевших людей, и на спасшего их Энки-Эа. Но недаром этот бог – «Повелитель Пресных Вод» – считался самым умным и находчивым в шумерском пантеоне. Он сумел убедить Энлиля не делать зла Утнапиштиму и его семье:

Ты – герой, мудрец меж богами!

Как же, как, не размыслив, потоп ты устроил?

На согрешившего грех возложи ты,

На виноватого вину возложи ты, —

Удержись, да не будет погублен, утерпи,

да не будет повержен!

Верховный небожитель внял уговорам и решил не только помиловать Утнапиштима, но и даровать ему и его жене бессмертие:

Поднялся Энлиль, взошел на корабль,

Взял меня за руку, вывел наружу,

На колени поставил жену мою рядом,

К нашим лбам прикоснулся, встал между нами,

благословил нас:

Доселе Утнапишти был человеком,

Отныне ж Утнапишти нам, богам, подобен,

Пусть живет Утнапишти при устье рек, в отдаленье!

Гигантский Потоп опустошил землю, и все люди (кроме одного или двух) погибли. В длительной истории человечества потоп отмечает определенный перерыв и замену одной расы людей другой.

Вполне возможно, что мотивы шумерской, а затем и аккадской, ассирийской и вавилонской культуры проникли в еврейскую культуру в результате знаменитого Вавилонского пленения 598−582 гг. до нашей эры. Вернувшиеся после завоевания персидским царём Киром Великим столицы государства X Халдейской династии и впитавшие в себя мифологический пласт древней цивилизации бывшие пленники, по всей видимости, зафиксировали ветхозаветные сказания в Торе. Множество сюжетов, отражённых в Библии, так или иначе связаны с вавилонскими традициями, которые, в свою очередь, неразрывно связаны с шумерской культурой.

Ставьте лайки, подписывайтесь на канал, делитесь ссылками в социальных сетях. Спасибо за внимание!