deathcrash — «Somersaults» 🅴 (2026)
Попытка кувырка спустя двадцать лет — жест одновременно смешной и болезненный. Тело помнит, но уже сомневается; импульс есть, а уверенности нет. Именно это состояние — между вспышкой детской радости и вязкой взрослой неуверенностью — и составляет нерв «Somersaults», третьего альбома deathcrash.
Пластинка звучит как второе взросление. Медленный, прозрачный саунд, где slowcore встречается с мягкой power-pop-тягой, больше не прячется за туманом гитарных наслоений. Впервые у deathcrash слова выходят на передний план. Чувства здесь проговариваются прямо, почти неловко — будто группа решила рискнуть ясностью вместо привычной размытости. Это редкий случай, когда зрелость выражается не усложнением формы, а обнажением мысли.
Мы уже почти вплотную подошли к релизу «Somersaults» — нового альбома британских slowcore-любимчиков deathcrash, который ждут так, будто это возвращение сезона дождей в Лондон: неизбежно и почему-то приятно. Группа из Южного Лондона начала подогревать интерес ещё прошлой осенью с «Triumph», а в январе официально объ…
В заглавной «Somersaults» Бэнкс поёт: «As you grew up into an elegant life / My childhood room was still the centre of mine / We used to somersault from evergreen pines». Линия звучит как тихое признание, замаскированное под пейзаж. Мерцающие гитары — новый штрих для обычно сдержанной палитры группы — и устойчивый ритм аккуратно подталкивают песню вперёд, между красотой обыденных образов и пониманием, что вернуть их уже нельзя.
В ноябре deathcrash вернулись с треком «Triumph» и дали понять, что готовят новый релиз. Теперь лондонский slowcore-квартет официально анонсирует альбом «Somersaults», продолжение пластинки «Less» (2023). Заглавная композиция вышла сегодня — это меланхоличная, созерцательная вещь, которая цепляет тихо,…
Многие треки работают через бытовые сцены — возвращение домой, комната детства, выходные с родителями. В «Stay Forever» повтор «Stay with mum and dad / On the weekend» постепенно превращается из ностальгии в почти недоверчивую мольбу. Это уже не желание откатить время назад, а попытка его приостановить, зная, что оно не остановится.
Альбом не романтизирует невинность — он фиксирует её отсутствие. В «Love for M» звучит строка: «I don’t know if I’ll die with grace / I’m not sure if I want to» — признание, которое не ищет утешения. В «Marie’s Last Dance» вопрос становится прямым: «Will you go out in vain / Will you go out in pain? / And feel the light». Здесь нет театральности, только честная тревога о конечности всего.
По названию можно было бы подумать, что deathcrash — это очередной тинейджер-рэпер в маске летучей мыши, чьи биты звучат как модем, пытающийся дозвониться в 1998-й. Но нет: эти ребята выросли на южнолондонской пост-панк-сцене и делают возвышенный, медленный, до слёз красивый slowcore с отголосками девяност…
И всё же «Somersaults» не заканчивается оцепенением. Он движется вперёд неровно, чуть вбок — как тот самый кувырок после долгого перерыва. В «CMC» звучит почти манифест: «This life is the best life / Oh god it’s the only one». Это не бодрящий лозунг, а хриплый выдох. Взрослая жизнь требует больше смелости, чем детство, и не обещает аплодисментов. deathcrash не маскируют это — они оставляют синяки в кадре.
И в этом их прорыв: попытка важнее идеального приземления.