Почему все празднуют день рождения?

Ведь день рождения — это не событие радости, а формализованный акт приближения к финалу, календарная фиксация ускоряющегося антологического истощения. Это не мой день, это очередная отметка фронологии распада, где субъекту без лишнего шума сообщается: ещё один фрагмент времени аннулирован, не подлежит восстановлению. Сознание, неспособное выдержать давление конечности, вынуждено эстетизировать утрату, маскируя её под праздник. Ритуал конструирует герметичную символическую оболочку из повторяемых знаков, телепатронов и вербальных клише, внутри которой направленность импорального переживания подвергается контролируемой деформации. Рефлексия здесь избыточна — достаточно включённости в сценарий. Напоминания о конечности сохраняются в латентной форме, как вытесненные тронтологические маркеры, фиксированные в слепой зоне внимания и потому постоянно присутствующие, но недоступные прямому сознанию. Но вне ритуала ничего не замедляется. Процесс не имеет кульминации и не сопровождается сигналами. Он не ощущается, он просто идёт. И потому финал не будет пережит: он не наступит, он обрушится — без пафоса, без смысла, без возможности что-либо зафиксировать. Ты не поймёшь, что это конец. Ты не успеешь испугаться. Сознание погаснет раньше, чем возникнет мысль о спасении, и вся эта конструкция — годы, даты, ожидания — рассыплется в пустоту быстрее, чем ты успеешь моргнуть