«Обсессия» (2025) — как разрушить себя

«Обсессия» Карри Баркера — это фильм, про который можно говорить много с самых разных углов.

И как замечательно работает смешение комического и ужасающего, и как интересно в фильме формируется пространство — через работу с окружением, через операторские решения и через работу со звуком. «Обсессия» многогранна в этом смысле. Но мне интересно поговорить про тему идентичности и субъектности героев.

«Обсессия» хорошо показывает, как растворение в другом человеке приводит к потере своей агентности. Главный герой, Беар, не может признаться своей подруге Никки, что испытывает к ней чувства, и вместо этого загадывает с помощью волшебной палочки особенное желание — чтобы Никки «любила его больше всех на свете». Oh boy...little did he know...

Одна из самых страшных частей фильма — то, как Никки теряет свою агентность и оказывается по воле Беара запертой в собственном теле, без воли и возможности влиять на происходящее.

Но вот намного хуже ситуация на протяжении фильма с самим Беаром. Героя ничего не заставляет лишаться субъектности, никто не запирает в своём теле — нет, он сам лишает себя какой-либо воли, не предпринимая совершенно никаких действий. Он аморфен до чёртиков.

И ладно, отсутствие уверенности в себе — это одно. Но отказ от принятия каких-либо решений, от честности, от намёка на диалог и на попытку разрешать ситуации — вот, что страшно. Человек, настолько обесточенный своей слабостью, своим безволием, своей замученностью, что он не реагирует на происходящее никак. Никки сходит с ума — но Беар настолько «в себе», в своей пустоте и усталости, что он ничего не делает. Ему настолько нужна Никки, он настолько перекладывает себя в неё, что не видит человека перед собой.

Это безволие оказывается самым большим ужасом фильма. Беар сам себя лишает какой-либо агентности в истории — что чувствуется на уровне языка тела, на уровне сжимающегося и закрытого пространства ужаса.

Это, конечно же, не классический киногерой — это антигерой, антиперсонаж — пустая оболочка импульса и желания, поддерживать и выстраивать которые Беар не способен. И это разрушает его, разрушает мир людей вокруг него и разрушает Никки.

Страшно, когда человека лишают воли. Но ещё страшнее, когда человек сам лишает себя воли, замыкая себя в клетке собственного страха перед миром. Но чем больше откладывать действие, чем больше тянуть время — тем сильнее это отложенное действие выстрелит в самого человека и разрушит его изнутри. Когда уже ничего не остаётся, кроме как окончательно лишить себя субъектности.