Провалы 95 года, это было 30 лет назад...
К концу года принято подводить итоги. Интернет-издания наперебой публикуют списки лучших и худших, подсчитывают кассовые сборы, выносят вердикты. Но мы, как аналоговый проект в цифровом мире, немного не об этом. Наш ритуал — иной. В тишине, когда за окном снег или декабрьский дождь, мы достаём с полки не цифры, а воспоминания. Пересматриваем любимое, открываем пропущенное и говорим о том, что отпечаталось в нашем времени, как след на киноплёнке.
В этом году исполнилось 30 лет картинам, которые нам дороги и которые, кажется, вышли только вчера. Мы вспоминаем 95-й. Но этот год не только про успех. 95- й принято называть, еще и годом великих провалов.
Это был год голливудской гигантомании, когда студии, опьянённые успехом «Парка Юрского периода», решили, что могут купить любовь зрителя за девятизначные суммы. Пресса с упоением хоронила один амбициозный проект за другим, создавая нарратив о тотальном провале.
Но сегодня, спустя десятилетия, я смотрю на эти «неудачи» и понимаю: история оказалась куда сложнее, а ярлык «провала» — слишком примитивным.
Начнём с главного утопленника — «Острова головорезов». Фильм, который занесён в Книгу рекордов Гиннесса и отправил на дно целую студию Carolco. Да, с точки зрения бухгалтерии это абсолютная катастрофа. Но был ли фильм так безнадёжен, или просто зритель оказался не готов? Мне кажется, верно второе. В середине 90-х пиратская тематика считалась мёртвым жанром, уделом детских утренников. Спустя всего несколько лет «Пираты Карибского моря» взорвут мировой прокат, доказав, что аудитория жаждет морской романтики, абордажей и харизматичных негодяев. «Остров головорезов» просто вышел не в своё время. Он стал той сакральной жертвой, которая, сама того не зная, прощупала почву для будущего триумфа Джека Воробья.
Другой гигант, раздавленный собственным весом, — «Водный мир». Лично я никогда до конца не принимал статус «Водного мира» как абсолютного провала, хоть и прекрасно осведомлён о его производственном аде. Пресса похоронила его заживо, ещё до выхода на экраны. Но давайте начистоту: это было невероятно амбициозное кино. Потрясающий, полностью реализованный мир, где суша — это миф. Грандиозные практические эффекты, настоящие корабли, масштабные водные сражения… Просто замечательный приключенческий фильм. Его проблема была не в качестве, а в непомерной цене и завышенных ожиданиях. Он не стал хитом, потому что не мог им стать — его бюджет не оставлял ему права на ошибку. Но как событие эпохи, когда кино делалось вручную и с таким размахом, он заслуживает уважения, а не насмешек.
И, конечно, «Шоугёлз». Фильм, который сначала растоптали, а потом возвели в ранг культа. Но время — лучший критик. Сегодня это уже не просто «провал», а феномен. И его многочисленные поклонники справедливо возражают против снисходительной формулировки «так плохо, что уже хорошо». Нет. «Шоугёлз» — это дистиллированный Пол Верховен: злой, сатирический, гротескный взгляд на изнанку американской мечты. Это не неумелая драма, это ядовитая карикатура, исполненная с оперным размахом. Потребовались годы, чтобы зрители разглядели за неуклюжей эротикой и абсурдными диалогами его истинное лицо.
В этот же ряд я бы поставил и «Джонни Мнемоника». Этот фильм я ценил и тогда, и сейчас. Он был неряшлив, дёшев в своей эстетике, но он дышал настоящим киберпанком — грязным, аналоговым, полным странных идей. Он показал нам мир Уильяма Гибсона до того, как «Матрица» отполировала жанр до блеска и сделала его мейнстримом. Да, он провалился в прокате, но именно его «неправильность» и сделала его культовым. Он опередил своё время и остался честным документом времени, когда зарождалась цифровая культура.
1995-й преподал Голливуду урок, но не тот, о котором писали в газетах. Ведь сегодня, пересматривая эти «катастрофы», понимаешь, что они куда живее и интереснее для анализа, чем многие безликие хиты последующих лет. Это были не просто провалы. Это были шрамы, которые сделали лицо кинематографа 90-х незабываемым.
С наступающим...