«Холодное лето пятьдесят третьего» — невероятная мощь, хтонь и саспенс. И это стоит посмотреть!

Посмотрел наконец-то, и это просто прекрасно!
Долго не решался — знал, что будет трагично и тяжело, и так и произошло, в общем-то. Хвалю. Тронут.

Вчера у меня была температура 38, делать ничего не хотелось, было на всё — всё равно, и тут фильм просто подвернулся в избранном...

Сюжет простой: отдаленная деревня на севере, рядом зона, тут выходит приказ об амнистии после смерти Сталина в 53-м году... На свободу вышло много не только политзеков, но и просто уголовников: воров, грабителей и мошенников. Убийц, насколько я помню, не выпускали тогда, но и этой публики оказалось достаточно, чтобы волнообразно поднять уровень преступности в СССР.

В деревню с ближайшей зоны приходят откинувшиеся блатные. Кто такие блатные? А это уголовники — бригада из восьми человек под руководством не кого попало, а целого «вора в законе». Ну это у них там внутренняя классификация есть такая у зеков, а так-то это просто самый уважаемый и опытный зэка. Которого, правда, пришибить — как муху раздавить, но никто не решается, ибо — иерархия уголовная. Это у них святое.

Фильм начинается медленно — и от того основательно. Экспозиция, нам показывают двух политзеков, который убоги и пассивны. Но которым, разумеется, предстоит взять всю историю в свои руки. Кто б сомневался.

Саспенс начинается внезапно, как утренний понос после вечеринки с крафтовым пивом. И длится он долго, в отличие от утреннего, и сделан он очень добротно. И этот текст писал не ИИ, у него бы не хватило таланта написать про понос. Так вот. Долгие, долгие сцены без музыки, внезапные повороты камеры, жужжание мух. Напряженные моменты, ты цепляешься за кресло, саспенс, еще саспенс... ты забываешь дышать... Опять длинные сцены, опять мухи.

Ох, это жужжание мух! Музыка в фильме звучит раза три примерно, и она хороша (и это оранжировка группы британской группы Crimson King, говорят), но жужжание мух еще лучше. Чертовы мухи подчеркивают мучительность момента: мучительность, нескончаемость, неизбежность. Невыносимость!

К финалу ты уже не помнишь, что фильм начинался мучительно медленно, ты не помнишь неказистость двух главных персонажей Папанова и Приёмыхова, ты просто с замиранием сердца следишь за событиями, слушаешь музыку, которая разрывает кишки, и надеешься на лучшее. Даже несмотря на невыносимых мух.

Я люблю позднесоветские фильмы: есть в них какая-то родная хтонь, есть в них уже какой-то родной тебе почерк, сам не знаю, почему. Может, потому, что я застал их появление. Да, мне было три года, и что? Хотя, понятно, что в три года я был бы врядли в восторге от этого фильма, возьми меня родители на его прокат в кино.

В фильме есть, назовём ее так, «сцена после титров». Хотя она сцена после основного кино. И она пронзает душу ещё сильнее, чем кино. Все же, Анатолий Папанов — великий актёр.

Кому смотреть? Любителям хорошего кино. Любителям крепких сюжетов, классных актеров, их честной игры, хорошей музыки.
Кому НЕ смотреть? Упоротым свидетелям совка, фанатичным поклонникам Сталина и Берии. Вам не понравится, сразу говорю.

Смотрите хорошее кино. Ссылки ни на какой телеграм не будет. Это ли не чудо?!