Плетёный муж — сказка ложь, да в ней намёк

Плетёный муж приятно удивил. Признаюсь, совсем не ждал этого фильма, забавляла концепция, радовал каст, но не более. Вместо плоской комедии с шутками ниже пояса (как мне думалось) мы получили остроумную и едкую взрослую сказку, где в общем-то нет хороших и плохих, зато есть несчастные — вообще все.

Больше рецензий (в том числе на музыкальные новинки) тут:

«Wicker» основан на коротеньком рассказе Урсулы Уиллс с одноимённым названием. Он почти ничем не примечателен, это однозначная моральная притча, написанная будто в незапамятные времена (год публикации тем временем — 2008). Из скромного первоисточника режиссёры Алекс Хьюстон Фишер и Элионор Уилсон (супружеская пара) смастерили неоднозначную, почти бытовую трагикомедию с необычными акцентами.

По сюжету рыбачка-изгой (Оливия Колман), то ли устав от постоянных насмешек со стороны односельчан, то ли просто по приколу просит корзиночника (Питер Динклэйдж) выполнить необычный заказ — смастерить ей плетёного мужа. Тот соглашается, и уже через месяц рыбачка обручается со странным гостем, сыгранным Александром Скарсгардом. Жители сначала косо смотрят на чудаковатую пару, но вскоре начинают завидовать женщине, ведь её муж идеален во всём — и в постели, и на крыше дома с молотком.

История поделена на пять глав, в течение которых ловко меняет жанры как перчатки. Чёрная комедия может легко перелиться в социальную сатиру с актуальными, хоть и поданными в лоб уколами о патриархате и завышенных ожиданиях от партнёра. С той же лёгкостью картина перекочует в фолк-хоррор без скримеров, отсылающий к разного рода легендам и сказаниям (к слову, идея фильма так же во многом вдохновлена мифом о Пигмалионе).

Стройнее всего ощущается приземлённая драма об отношениях, об истоках человеческой зависти и о том, что настоящая забота заразительнее чёрствости. Обрамляет такую разноцветную нить повествования неизменно цельная сказочная фабула. Фильм выдерживает формальную достаточность, не уходя в сторону голого высказывания.

Конечно, львиную долю волшебства вносят актёры. Потрясающая, всегда тонко чувствующая своих героинь Оливия Колман прекрасна и в роли золушки, привыкшей к издёвкам. После появления статного супруга она ожидаемо превращается если не в принцессу, то уж точно в женщину волевую, смелую, но тоже не идеальную — ей знакома и ревность, и обида. Саша Скарсгард тем временем послушно исполняет свой долг — любить одну-единственную, то, ради чего он был создан. За сложным гримом и рукотворным костюмом (в фильме почти не использовались CGI) едва считываются эмоции наивного существа, сразу при рождении попавшего во взрослый мир.

Прекрасна и Элизабет Дебики, сыгравшая роль пакостной деревенской старосты, вечно вставляющей палки в колёса супругам. За карикатурным образом школьной задиры скрывается сильная женщина с трагичной судьбой, живущая в ненавистной ей системе, вынужденная исполнять бестолковые ритуалы, метко обозначенные в необычном танце.

Не самым удачным решением мне кажется желание авторов уместить как можно больше материала в тесных рамках притчи. Не всему хватает места, а что-то неизбежно выбивается. Скажем, параллельная история очередного Виктора Франкенштейна бегло проходится по известным штампам, но ограничивается поверхностными рассуждениями о силе творчества. Или, к примеру, истории жителей вкрапляются в общую канву, но, по сути, служат одной, многократно пережёванной мысли — жить в свинарнике не очень-то приятно. Картина обрастает деталями, но едва ли становится объёмнее.

Какую-то одну цепкую идею всё же без труда можно выловить из пруда. Она, как подобает любой сказке, не прячется, а проговаривается в самом начале. Героиня Колман, как та рыба, что тщетно смотрела в своё отражение, то пугаясь ему, то соблазняясь собственной красотой. Близкий человек неизбежно станет отражением нас самих, наших желаний и ожиданий. Брак же по сути — симбиоз, один организм на двоих, в идеале взаимно дополняемый в нечто продуктивное. Другой вопрос, кто кого отражает и кому будет выдана роль зеркала? Проще говоря, кто субъект, а кто объект. Здесь, к моему удручению, как справедливо заметили коллеги, всё чересчур однозначно. Как бы тёплые слова Скарсгарда или милая улыбка Колман нас не одурманивали, перед нами та же «Обсессия», но наоборот, и без кровавых ужасов. В конце концов, существо из прутьев уж больно легко воспламеняется.

Алекс Хьюстон Фишер, Элинор Уилсон - Плетёный муж (Wicker), 2026