Ироничная пьеса о дистрибуции игр в духе журналистского пост-модернизма нулевых
Попробую чутка пошалить в рамках псевдолитературного искусства. Надеюсь, кого-нибудь да повеселит этот набросок. Вдохновение черпалось из GAME.EXE № 02-2005, рецензия в виде пьесы об Armies of Exigo.
ОСТОРОЖНО: В ТЕКСТЕ ПОЛНО ОБЕЗЬЯННИЧАНИЯ НАД РУССКИМ ЯЗЫКОМ И УПАДНИЧЕСКОГО ПАФОСА!
De Profundis из пластикового гроба: за упокой поликарбонатной души
Латинское выражение De Profundis («Из глубины») — это крылатое выражение, восходящее к библейскому 129-му (или 130-му) псалму: «Из глубины взываю к Тебе, Господи». В переносном смысле означает крик души, отчаяние или глубокое раскаяние. По сути — использовано мной как «исповедь», но в несколько «снобской» обертке.
Пьеса в одном акте.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
А Р Х И В А Р У У С — Протагонист. Последний паладин Пластика и Картона. Одет в помятый твидовый пиджак, пахнет пылью веков и полиграфическим лаком. Разговаривает барочным слогом элитарной видеоигровой прессы 1999 года.
Л Ю Ц И Ф Е Р — Л И Н К — Цифровая Эпоха. Выглядит как стартапер из Кремниевой долины: ослепительное бесшовное худи, зубы цвета RGB-подсветки, в глазах — бегущая строка пользовательского соглашения. Изворотлив, приторен, бесконечно обновляем.
М А Д А М С О Н И — Адвокат дьявола. Бывшая царица физического культа, ныне — высокобюджетная куртизанка на службе у Цифры. Одета в ультрамариновое платье, на шее — бусы из мертвых карт памяти PS2. Постоянно прячет глаза.
И Д О Л — Физический Носитель. Молчаливое Божество. Тяжелый Big Box с коллекционным изданием Fallout 2 (1998 г.), возлежащий на бархатной подушке в центре сцены. Молчит с достоинством Сфинкса.
Акт единственный. Песнь о куске пластмассы, пяти дюймах благодати и цифровом сифилисе прогресса
Декорации: Кабинет Архиварууса. Стены до потолка забиты коробками Jewel-case и DVD-box. В центре — алтарь с Идолом. Из темноты, шурша незримым духом цифровой дистрибуции и источая запах дорогого вейпа, материализуются Люцифер-Линк и Мадам Сони под ручку.
А Р Х И В А Р У У С (не оборачиваясь, бережно протирает Идола тряпочкой из микрофибры): Я чую вас, герольд бездушного стриминга и ты, падшая дева японского хай-тека. Мой фальшемер фиксирует критическое падение искренности в радиусе трех метров. По что пришли вы топтать мои ковры своими одиджитайзенными копытами?
Л Ю Ц И Ф Е Р — Л И Н К (раскидывая руки, словно обнимая Вселенную): Мой дорогой, мой архаичный, мой покрытый плесенью друг! Прими прогресс! Я принес тебе Благую Весть. Облако расширяется. Твои мучения окончены. Тебе больше не нужно хранить этот… пластиковый монумент человеческой жадности. Сдай его в утиль. Купи подписку. В один клик. Сиюминутная доставка прямо в мозг! И никаких рефандов! 100% гарантия удовлетворения потребностей!
А Р Х И В А Р У У С (резко поворачивается, в руке у него трех с половиной дюймовая дискета Verbatim, направленная на Люцифера как распятие): Назад, аватар алчности, бездушное порождение сетевых задержек и лжепророк цифрового отчуждения! В один клик? Ты предлагаешь мне обменять осязаемое величие на… краткосрочную аренду пикселей? Твой «цифровой рай» — это онтологическая фикция, строчка в SQL-базе данных, которую твой юридический отдел аннигилирует в следующий вторник, потому что у вас истекли права на музыку в титрах!
Л Ю Ц И Ф Е Р — Л И Н К (прыскает в кулак в приступе невыносимого высокомерия): Но это же… элементарная гигиена гейминга, старик! Никакой пыли на полках, никаких царапин на девственном пластике. Никакого унизительного шаманства в духе «Вставьте диск 2 для завершения инсталляции». Я — оптоволоконный глашатай, торжество чистого Логоса, окончательно эмансипированного от демиургических оков вашего пластикового гетто!
А Р Х И В А Р У У С: Ты — зияющая метафизическая пустота в красивой PNG-обертке! Ты продаешь тлен и воздух в беспроцентную рассрочку. Я же покупаю Произведение — и осязаю его священную плоть! Мануал на сто страниц, пахнущий свежим типографским лаком, карту вымышленных земель на плотной веленевой бумаге! Тактильные фетиши материальной культуры! А что даешь ты? Кнопку на скачивание? Запись на удаленном сервере, милостиво отображаемую в «моем» профиле до первого бана? Если твой серверный кластер в Ирландии превратится в пепел от копеечного короткого замыкания по вине нетрезвого демиурга из техподдержки, где окажется твоя «вечность», эфемерный ты паразит?
М А Д А М С О Н И (выходит вперед, заламывая руки, в голосе — фальшивая слеза и паточная корпоративная угодливость): Архиваруус, умоляю, умерь свой пафос… Мы ведь делили одну постель на двоих. Помнишь благословенные девяностые? Черный поликарбонат дисков первой PlayStation? Мы дарили тебе трансцендентный опыт… Но законы рынка неумолимы! Blu-ray приводы ныне — непозволительная роскошь для нашей мерканти… (опомнившись, прокашливается) маржинальности. Логистика, трансграничные комиссии и требования акционеров душат нас. Цифровая дистрибуция — единственное спасение для всей нашей экосистемы… (осознавая масштаб своего падения, стыдливо уводит глаза в пол)
А Р Х И В А Р У У С (смотрит на нее с бесконечным, вымораживающим презрением) Молчи, Блудница из Токио! Ты предала свои корни ради маржинальности. Ты явила миру консоль, кастрированную отсутствием дисковода, а затем цинично заставила несчастных адептов докупать его отдельно за сто долларов. И — о, неизбывный позор! — принудила их регистрировать этот кусок железа через интернет! Физический привод! Через интернет! Чтобы он соизволил прочесть штампованный поликарбонат! Да это же чистой воды 사기 (Саги, мошенничество), припорошенное лживой заботой об эргономике! Как же низко ты пала!
Л Ю Ц И Ф Е Р — Л И Н К (подходит к Алтарю, заносит холеную руку над Идолом): Пойми же, твой бог мертв, старик. Посмотри на него. Он занимает без малого две тысячи четыреста кубических сантиметров бесценного физического пространства. На современных персональных компьютерах де-юре отсутствует сама концепция оптического привода, способного вдохнуть жизнь в это кремниево-органическое месиво. Он — лишь пыльный, ветхий саркофаг, набитый макулатурой. Смирись. Кликни «Принять пользовательское соглашение». Ну же! Там, в сублиминальном пункте 4.12, петитом прописано, что мы имеем суверенное право аннулировать твою лицензию в любой момент без объяснения причин. Разве это не восхитительно в своей абсолютной, кристальной честности?
А Р Х И В А Р У У С (падает на колени перед Идолом, бережно прижимает ухо к картонной коробке Fallout 2): Замолчи, корпоративный инкуб! Тихо! ОН говорит со мной.
М А Д А М С О Н И (вздрагивает, глаза раскрыты от удивления): Что? Да что этот кусок мертвой целлюлозы может тебе сказать?!
А Р Х И В А Р У У С (поднимает глаза, в них горит безумный огонь истинного ценителя и коллекционера): Он говорит, что вы оба обречены гореть в геенне огненной без права на патч первого дня. Он говорит, что когда ваши облачные серверы арестуют за неуплату налогов или закроют по причине нерентабельности, он всё еще будет лежать здесь. И на его аутентичном картоне никогда не проступит клеймо «Ошибка 404: Данный контент более недоступен в вашем регионе». (Встает во весь рост, расправляя плечи под твидовым пиджаком). Прочь из моей аналоговой цитадели! У меня еще осталось два литра изопропилового спирта, легион лазерных головок и километры серых IDE-шлейфов! Мы помним времена, когда игры создавались как акты чистого экзистенциального искусства, а не как конвейер по продаже люминесцентного китча для внутриигровых винтовок!
(Архиваруус с благородной яростью взмахивает двуручным коллекционным мечом из Two Worlds 2007 года выпуска. Люцифер-Линк и Мадам Сони с утробным шипением растворяются в воздухе, оставив после себя лишь фантомное ощущение сетевого дисконнекта и тошнотворное дурное послевкусие от вида артефактов сжатия)
А Р Х И В А Р У У С (устало опускается в глубокое кожаное кресло, бережно принимает Идола на руки и начинает мерно укачивать его, словно младенца): Ничего, мой золотой… Ничего. Мы еще повоюем. Давай… Расскажи мне еще раз про Нью-Рено… и про то, как правильно воровать энергобатареи у Анклава…
З А Н А В Е С .
Немного пояснений
Архивариуус назван не просто так. Это издевательская латинизация в стиле барокко. В латинском языке окончания вроде -us (Dominus, Nexus) придавали словам статусность, священность и древность. Добавляя вторую «У», я пытаюсь превратить обычного абстрактного, почти интеллигентного чувака из ИТ-отдела в величественного, почти мифического жреца.
Люцифер-линк образован из идей падшего ангела (некогда цифровую дистрибуцию игроки видели как спасение, но, как мы уже знаем, все обернулось иначе) и попытки описать словом «линк» незримую связь, кабальный договор с Сатаной, где вместо подписи кровью нужно просто нажать кнопку «Я принимаю условия лицензионного соглашения».
Мадам Сони сформировалась как обыгрыш идеи «Хозяйки публичного дома», той, что продает «цифровой эскорт». Почему не задействовано японское слово? А все просто: это намек на то, что Sony давно перенесла свою штаб-квартиру PlayStation в Сан-Матео, предав японский консерватизм ради американских методов агрессивного маркетинга и американской же политики цензуры.
Таким образом получилось подобие драматического столкновения: Аналоговый Жрец против Цифрового Дьявола, с которым под руку идет падшая куртизанка из Токио.