Славой Жижек. Хасбара Трампа

Публичная дипломатия Израиля, называемая «хасбара» (приблизительно переводится как «объяснение»), представляет собой хорошо скоординированные массовые меры по оправданию действий, которые мировое общественное мнение воспринимает как неприемлемые. «Объяснение» осуществляется в различных формах официальными государственными органами, частными организациями и видными общественными деятелями (художниками, журналистами, учеными), а также в виде анонимных слухов, распространяющих теории заговора или поддельные «документы», приписываемые врагу. Другая стратегия хасбары заключается в том, чтобы позволить (или подстрекать) политическим деятелям низшего уровня часто открыто заявлять о том, что высшие лидеры не говорят открыто или даже отрицают — такие заявления, хотя и не широко освещаются в СМИ, «объясняют» то, что подразумевают более вежливые заявления ведущих политиков. Например, Оуэн Джонс показал в своем подкасте записанное заявление заместителя спикера парламента Израиля Ниссима Ватури, в котором говорится: «В Газе есть невиновные? Гражданские взяли оружие и хладнокровно убили людей... Нам нужно отделить женщин и детей и убить всех взрослых мужчин в Газе, мы же слишком разборчивы». А затем он делает еще один шаг, включая детей: «Каждый ребенок, который там рождается сейчас — в эту минуту — уже является террористом». Это ни в коем случае не ошибка, а часть хорошо спланированной сложной стратегии. Объем работы рос экспоненциально, так что израильской машине хасбары пришлось полагаться также на ИИ — израильское правительство решило использовать «сгенерированный ИИ произраильский контент и кампании астротурфинга в социальных сетях». Один из новых ботов ИИ, о котором сообщалось в прессе, был назван FactFinder AI. Он был разработан для «исправления» дезинформации, сглаживания парадоксов хасбары, автоматизации и расширения кампаний хасбары и поддержки сионистских нарративов. Однако на реальном ландшафте данных бот столкнулся с неоспоримыми реалиями — историей оккупации Израиля, апартеида и военных преступлений — и вместо того, чтобы игнорировать их (как это делает сионистская хасбара), бот ИИ начал перерабатывать их в ответы. Израильская кампания ИИ хасбары возымела обратный эффект, потому что даже ИИ, столкнувшись с историческими свидетельствами, текущими медийными нарративами и эмпирическими данными, не смог сформулировать последовательную произраильскую позицию, потому что последовательной произраильской позиции не существует. В результате время от времени происходят сбои ИИ — сбои, которые являются «не просто технической неисправностью; это символический разрыв, неизбежное раскрытие провала сионистской идеологии, которой он была призван служить»."