«Музыка Эриха Цанна» — Г. Ф. Лавкрафт. Лучшее произведение для знакомства с автором.

«Музыка Эриха Цанна» — это рассказ Говарда Филлипса Лавкрафта из его раннего творчества. Наверное, если бы меня просили посоветовать, с чего именно начинать читать Лавкрафта, я бы посоветовал именно этот рассказ. Ну во-первых, он весьма короткий и содержит все основные приёмы, которые Лавкрафт использует в большинстве своих произведений. Во-вторых, персонажи этого рассказа никак не связаны с другими произведениями и циклами, поэтому можно читать без оглядки..

В рассказе повествование идёт от лица молодого студента, который занимается философией и снимает комнату на улице д’Осейль. Студент знакомится с Эрихом Цанном — немым музыкантом, играющим каждую ночь страшную музыку в своей комнате. Так как Цанн глухонемой, он может общаться только записками. Юношу интересует, чем именно вдохновляется пожилой музыкант при своей игре на виоле. Студент думает, что дело в окне, которое выходит на ту самую улицу, однако немой музыкант и близко не подпускает его к окну. Именно этот момент и становится завязкой сюжета.

Как и во многих своих произведениях, Лавкрафт в середине сюжета готовит интересную завязку, чтобы в конце выдать мощный твист...

CПОЙЛЕР!

Посреди ночи раздаётся крик, и студент врывается к Цанну в комнату, но тот в порыве пишет записку. В это время за окном раздаётся очень резкий звук, и Цанн хватает виолу и начинает резко играть (мне кажется, Лавкрафт таким образом пытается показать, что игра Цанна — не просто игра, а некое сдерживание той тёмной силы, которая таится за окном).

В итоге студент выглядывает в окно и вместо города видит лишь чёрную бездну, а в этот же момент гаснут все свечи, которые освещали комнату Цанна. Студент сбегает в ужасе, а пальцы Цанна впиваются в виолу.

Не знаю, каким именно способом Лавкрафту это удается, но на протяжении всего рассказа я чувствовал и какую-то странную тревожность, и в то же время сильное желание узнать, какую тайну скрывает старый музыкант. Автор интересно построил образы главных героев: студента и самого Цанна. Диалогов как таковых между ними немного, однако атмосфера недосказанности и мистики очень сильная.

Интересен ещё тот момент, что Лавкрафт часто любит делать своих героев хрупкими и творческими людьми. Однако, как мне кажется, здесь выбор музыканта был не просто так. Таким образом автор пытался показать связь музыки с тонкой материей, с чем-то посторонним, с какой-то страшной космической бездной. Думаю, многие испытывали такие странные чувства трепета, когда слышали игру скрипки или классической музыки. Та деталь, что Цанн является немым, тоже неспроста: так как он тонко чувствует грань, словами он не может и близко передать всю суть бесконечного ужаса.

Лавкрафт интересно использует недосказанность — как в случае с записками, — будто заставляя меня, как читателя, немного додумать самому и таким образом подкрепить непередаваемость космического ужаса. Позже он ещё раз это демонстрирует, когда показывает, что студент годы спустя не может найти улицу, где жил музыкант и на которую выходило окно. Это значит, что её никогда и не существовало.

А вот про сам слог. Мне всегда нравилось, как Лавкрафт пишет — не то чтобы прямо красиво, а как-то тяжеловато и вязко. Он не торопится, долго описывает какие-то мелочи, комнату, улицу, звуки, и от этого постепенно накрывает. Нет никаких резких прыжков, всё нагнетается медленно, как будто тебя специально держат в этой странной атмосфере. И когда уже в конце происходит этот прорыв — бездна, погасшие свечи — то удар получается сильнее, потому что до этого всё было такое... обычное, почти бытовое. Мне кажется, в этом и весь его фокус: он не показывает монстра в лицо, а заставляет тебя самого почувствовать, что за окном что-то такое, чего словами не описать.

Многие критики и даже сам Лавкрафт отмечали этот рассказ как один из самых сильных в его литературной карьере. Например, если сравнивать украдкой с другими его короткими вещами вроде «Дагона» или «Крыс в стенах», то тут всё как-то чище и собраннее получается. В тех сториях иногда чувствуется, что он ещё ищет, а здесь уже будто попал точно в цель — и атмосфера, и этот тихий ужас, и финал, после которого ещё долго сидишь в ступоре, переосмысляя прочитанное.