Как Юрий Никулин сыграл свою первую роль в кино и сделал свой первый шаг к статусу легенды отечественного кинематографа

Вам расскажет сам культовый советский артист. А покажу я.

Приветствую самых привлекательных джентльменов-геймеров и самых обаятельных леди-геймеров. На связи Денис Большаков, он же Джин Grey, он же главный специалист по прослушиванию аудиокниг на работе, чтобы потом нахваливать их в интернете, где их всё равно никто не будет слушать.

Как Юрий Никулин сыграл свою первую роль в кино и сделал свой первый шаг к статусу легенды отечественного кинематографа

Я очень занятой человек. Занят я, к сожалению, не какими-то невероятно важными для человечества делами, а лишь тем, чем занят любой уважающий себя мужчина, приближающийся к выдаче билета в скуфы: работой, бытовыми делами и попытками не сойти с ума в попытках выкроить хотя бы часик в день на себя. В основном, конечно же, работой, и только работой.

А ещё я очень люблю читать. Я иду рука об руку с литературой с пяти лет, когда с помощью мамы впервые прочитал практически самостоятельно «Кота в сапогах». Книга произвела на меня столь серьёзное впечатление, а сам процесс поглощения букв показался настолько захватывающим, что с тех самых пор я не расставался с чтением, и то, что для других детей было гнетущей обязаловкой, для меня стало любимым хобби. Хобби, которое со мной вот уже тридцать лет.

Но я занятой человек. Который в какой-то момент своей жизни начал замечать, что у него банально нет времени конкретно и обстоятельно сидеть за книгами. И поэтому в какой-то момент я открыл для себя аудиокниги. Моя нынешняя работа подразумевает в основном механические действия и физические активности, а потому ежедневные рабочие десять часов моя голова свободна. Так почему бы и не скрашивать свой рабочий досуг полезным и приятным делом аудиального поглощения литературы? Вот и я так подумал. Естественно, это не то же самое, что впитывать мысли писателей глазами, но и выбора у меня особого нет. Читать-то хочется.

И вот так я уже больше года ежедневно слушаю книги. Плохие и хорошие, жанрово разные, но чем-то меня зацепившие. Пелевин, Нунн, Ремарк, Шоу, Сандерсон, Пратчетт и многие другие писатели, которых я считаю любимыми, — их тексты теперь нежно нашёптываются мне в ушки на постоянной основе к моей вящей радости.

А совсем недавно к ним присоединился и Юрий Никулин — культовый советский актёр и артист цирка, известный всем нам своими комедийными ролями в культовых комедиях Гайдая и гораздо более серьёзными актёрскими работами у таких режиссёров, как Тарковский, Бондарчук-старший, Алексей Герман и другие именитые фигуры советского кино. Каково же было моё удивление, когда оказалось, что Юрий ещё и крайне одарённый писатель.

Его «Почти серьёзно» — редкого типажа автобиографическая книга. Без лишнего пафоса и нагнетания истерии вокруг невероятной тяжести собственного таланта, Никулин рассказывает о своей жизни, любви к цирку и многих других вещах, благодаря которым мы помним его до сих пор. И делает это настолько легко и увлекательно, что может позавидовать иная целиком и полностью художественная книга.

Как Юрий Никулин сыграл свою первую роль в кино и сделал свой первый шаг к статусу легенды отечественного кинематографа

Я буквально был заворожён чтением (слушанием, но давайте не будем придираться). Книга пропитана любовью к цирковому искусству, причём сам Юрий настолько заразительно об этом рассказывает, что в какой-то момент ты и сам начинаешь проникаться безграничным уважением к работникам циркового манежа. Я будто сам побывал на подмостках Московского цирка и за его кулисами. Видел репризы, спектакли, трюки и всю внутреннюю кухню. Взлёты и падения, непризнанные гении и навечно вошедшие в историю артисты - «Почти серьёзно» оставила глубочайший след в моей душе, а сам Юрий Никулин больше никогда не будет для меня просто Балбесом из комедий Гайдая. Большой человек с большой буквы.

Как Юрий Никулин сыграл свою первую роль в кино и сделал свой первый шаг к статусу легенды отечественного кинематографа

Но мы здесь не за этим

Естественно, автобиография Юрия Никулина не могла обойтись без той части его жизни, что напрямую связана с кинематографом. Современному зрителю мало известен Никулин-артист цирка, но Никулина-актёра любят и почитают до сих пор. И лукавить не буду — до определённого момента путь становления Юрия как актёра был мне гораздо более интересен, чем его цирковые подвиги. И в особенности его первая роль в кино.

Забавное наблюдение — мы очень редко вспоминаем, что у культовых актёров когда-то был дебют. И даже какие-то совершенно легендарные личности, типа Чарли Чаплина, Андрея Миронова или Дэниела Дэй-Льюиса, когда-то в первый раз робко выходили на съёмочную площадку, совершенно не понимая, чего ждать и что делать.

Мне же эта тема интересна, и иногда я сознательно смотрю какие-то старые фильмы, чтобы углядеть в них любимого артиста. Есть что-то в этом волшебное, какая-то магия дебюта. Будто наблюдаешь за первыми шагами младенца, который совсем скоро будет бодро вышагивать, а пока лишь неуверенно переставляет ноги в тщетных попытках не упасть.

И только не падайте в обморок, у Юрия Никулина тоже был свой дебют. Он далеко не сразу стал Балбесом, далеко не сразу заставил всю страну придыханием следить за рядовым Некрасовым в «Они сражались за Родину» или майором Лопатиным в «Двадцать дней без войны».

Юрий Никулин долго и упорно шёл к своей первой роли в кино. Пережив череду отказов, сорванных съёмок и даже курьёзных случаев, свою первую роль в кино он сыграл лишь в тридцать семь лет! Только вдумайтесь в эту цифру! Некоторые актёры заканчивают карьеру в этом возрасте. И тем не менее, солидный возраст никак не помешал артисту не только построить солидную карьеру в кино, но и войти в историю отечественного кинематографа.

Сам же дебют произошёл в 1958-м году, в фильме «Девушка с гитарой». И сыграл Юрий не то что не главную роль — сыграл он третьестепенную роль пиротехника-неудачника, не удостоившегося даже имени из под пера сценариста. Казалось бы, о чём тут говорить?

Как Юрий Никулин сыграл свою первую роль в кино и сделал свой первый шаг к статусу легенды отечественного кинематографа

Есть о чём, да ещё как. За незначительной ролью лежит значительная (и крайне забавная) история. История циркового клоуна, умудрившегося даже в свой кинодебют привнести юмористические нотки, даже не осознавая этого. Как на экране, так и на съёмочной площадке. Страшно сказать, Юрий был близок к тому, чтобы провалить свой первый опыт в кино! И лишь благодаря находчивости режиссёра «Девушки с гитарой», великий в будущем актёр получил свой билет в кинематографическую жизнь.

А о том, как это получилось, вам расскажет сам Юрий Никулин! Точнее, покажу я, выдав на ваш суд главу из «Почти серьёзно», посвящённую работе Никулина над «Девушкой с гитарой». Меня настолько впечатлил этот отрывок, что я решил показать его вам. Удивительнейшая в своей курьёзности история, прекрасно рассказанная самим виновником торжества. И просто прекрасная возможность увидеть Никулина немного с другой стороны, попутно познакомившись с историей его дебюта в кино. Ещё и из первых уст.

Юрий Никулин. Почти серьёзно…

Как Юрий Никулин сыграл свою первую роль в кино и сделал свой первый шаг к статусу легенды отечественного кинематографа

Иду козырным тузом

В Московском цирке по сценарию Владимира Полякова готовилось обозрение «Юность празднует». Как-то, встретив меня в фойе, Поляков вдруг остановился и, внимательно рассматривая, будто никогда раньше не видел, спросил:
– Слушай, хочешь подзаработать? Сейчас по нашему с Борисом Ласкиным сценарию ставится фильм «Девушка с гитарой». Там есть два эпизода, на которые никак не могут найти артистов. Хочешь?
Вспомнив, как меня не приняли во ВГИК, как зря я бегал по Цветному бульвару, изображая американца в «Русском вопросе», вспомнив, как выгнали меня со съемки в цирке и как обошелся со мной Натансон, я отказался. Однако Владимир Поляков, выслушав меня, все же протянул записку с номером телефона съемочной группы.
– Будешь звонить, попроси Карелова. Он ассистент режиссера. Закажет тебе пропуск. Обязательно при этом сошлись на меня.
Вечером за ужином я рассказал домашним о разговоре с Поляковым.
– А что? – сказала Татьяна. – Почему бы тебе не сняться? Ты сумеешь, у тебя получится. Я тебе не раз говорила, что просто мечтаю, чтобы ты попробовался хотя бы в маленькой роли.
Мы долго спорили: я отказывался, Татьяна настаивала. Кончилось тем, что она сама позвонила Карелову.
Молодой симпатичный ассистент режиссера Евгений Карелов встретил меня и повел к режиссеру Файнциммеру. Дорогой я вспоминал фильмы, созданные этим режиссером. Особенно мне нравились «Танкер “Дербент”» и «Овод». Поэтому на человека, который их поставил, я смотрел с уважением и трепетом. Он со мной немного поговорил, потом дал сценарий и, попросив быстрее прочесть, отпустил домой.

Действие картины строилось на том, что конкурсная комиссия отбирает лучшие номера самодеятельности для показа на Всемирном фестивале молодежи и студентов. Главную роль в фильме исполняла Людмила Гурченко. На нее, как говорится, делалась ставка. После успеха «Карнавальной ночи» авторы фильма считали, что Гурченко «вывезет» любой фильм. Но для оживления сюжета придумали смешные эпизоды, и среди них – появление перед отборочной комиссией странного человека с чемоданчиком.
Этот странный человек (пиротехник, как он назывался в сценарии) мне понравился. Эпизод небольшой. Пиротехник вбегает с чемоданчиком в комнату, где комиссия просматривает участников конкурса, и говорит:
– Товарищи, я извиняюсь, товарищи. Для фестиваля, понимаете, придумал эффектную вещь… Люди увидят – ахнут. Самодеятельный фейерверк типа салют.
Ему отвечают, что он не туда попал, нужно идти в другую комнату.
– Пожалуйста, не перебивайте, – продолжает он. – Я был в двадцать третьей, в двадцать четвертой… Сейчас я его зажгу, и вы увидите. Сядьте.
И перед ошеломленной комиссией он вынимал шутиху, поджигал ее, шутиха летала по комнате, а потом взрывалась. Члены комиссии, черные от сажи, вылезали из-под стола, и один из них спрашивал:
– Товарищи, а где же конструктор?
Открывалась дверь, и пиротехник входил, весь закопченный, уже с огромной шутихой в руках, и говорил:
– Я извиняюсь, товарищи, не ту зажег. Сейчас повторим.
Комиссия в полном составе опять пряталась под стол.
Эпизод мне понравился. Я уже представлял, как буду его играть.
На следующий день на «Мосфильме» вместе с художником и костюмером мы долго решали, во что одеть пиротехника. В костюмерной выбрал маленькую кепочку, надел красную рубаху, взял в руки фибровый чемоданчик и попросил подобрать кеды. Но их на складах «Мосфильма» не оказалось. Решил: куплю кеды сам.
Почему кеды? Не знаю, но мне казалось, что герой мой – человек странный, «чокнутый», как я называл его про себя, и должен ходить плавно, тихо, именно в кедах.

На студии мне дали листок, вырванный из сценария, с четырьмя фразами, которые должен произносить пиротехник.
Съемку назначили через три дня. Три дня я учил текст. Все время прикидывал, как же я сыграю свою роль. Сниматься и хотелось, и было страшно.
Утром приехал на студию, и меня сразу повели в гримерную. Молоденькая гримерша, мельком взглянув на меня, сказала:
– А что его гримировать? Положим общий тончик на лицо – и хватит.
Так и сделали. На лицо положили общий тон, выбили мне из-под кепки клок волос, переодели в красную рубаху с белыми полосками. Переобулся я в кеды, которые принес из дому, взял маленький чемоданчик в руки. В таком виде меня и проводили в павильон на съемку.
Первым на съемочной площадке меня увидел Михаил Иванович Жаров и сурово спросил:
– Это кто такой?
Я перепугался. Стою и молчу. Жарову сказали, что я буду играть пиротехника. Жаров посмотрел на меня еще раз, вдруг громко засмеялся и одобрительно сказал:
– Во, точно. Такой может взорвать!
Началась репетиция. Я предложил режиссеру:
– А что, если после взрыва, когда пиротехник исчезнет и его начнут искать, вместо него увидят только кепку на полу?
С предложением согласились. Осмелев, я предложил поджигать шутиху не спичками, как в сценарии, а папироской, как это делает большинство пиротехников.
– А где вы возьмете папироску? – спросил Файнциммер.
– Пусть кто-нибудь из членов комиссии курит, – предложил я. – Пиротехник вытащит у него изо рта папироску, а потом вставит обратно. Будет смешно.
Режиссер и это предложение принял.
Начали репетировать. Все получалось довольно прилично. А когда пиротехник брал папироску у одного из членов комиссии, все вокруг смеялись. Такая реакция меня ободрила. Прорепетировали несколько раз.
Наконец раздалась команда:

– Тишина. Мотор…
Файнциммер тихо сказал:
– Начали.
Перед моим носом ассистентка громко щелкнула деревянной хлопушкой. Как только щелкнула хлопушка, у меня заколотилось сердце и мне показалось, что меня пронизывают какие-то невидимые лучи, исходящие из кинокамеры. Я просто ощущал, что они, точно пунктирные линии, проходят сквозь мое тело. Ноги стали ватными.
С трудом вошел я в декорацию и обалдело остановился. Текст вылетел из головы. Стоял до тех пор, пока режиссер не крикнул:
– Стоп! – И спросил меня: – В чем дело? Какую фразу вам нужно сказать? Почему вы остановились?
– Товарищи, я извиняюсь, товарищи… – произнес я первую фразу пиротехника.
– Ну вот и хорошо, – успокоил меня Файнциммер. – Попробуем снова. Только, пожалуйста, соберитесь. Не волнуйтесь. Приготовились…
– Тишина!
– Мотор!
– Начали!
Вбежав в комнату, я, вместо того чтобы сказать текст, заметался, задергался и стал молча открывать чемодан. Опять все слова забыты.
– Стоп! – крикнул Файнциммер и строго спросил меня: – Вы текст учили?
Я почувствовал, что режиссер спрашивает меня, стараясь подавить раздражение.
– Учил. Целых три дня, – ответил я.
Все засмеялись.
Следующие три дубля тоже оказались сорванными.
Меня сбивало требование останавливаться в условленном месте, где сделали отметку мелом. Как только начиналась съемка, я смотрел не на комиссию, а на отметку. Съемку, естественно, останавливали, и ассистент режиссера удивленно меня спрашивал:
– Неужели вы не можете смотреть угловым зрением?
А я понятия не имел об угловом зрении.

Вконец измучившись, Файнциммер сказал мне:
– Вы, пожалуйста, отдохните, успокойтесь. Попробуем сделать так. Пройдем все, как будто это съемка: со светом, с микрофоном, но без команд и хлопушки.
Включили полный свет. Дали команду начинать репетицию. Все шло прекрасно.
Как и требовалось, я вбежал в комнату, произнес первую фразу: «Товарищи, я извиняюсь, товарищи…», поджег шутиху, но, как только сказал последнюю реплику, Файнциммер крикнул:
– Быстро хлопушку!
Оказывается, вместо репетиции была съемка. Просто хлопушку решили дать в конце. Так и сняли этот кадр.

Та самая сцена с папироской

Когда я переодевался после съемки, Юрий Чулюкин (он вместе с Евгением Кареловым работал ассистентом у Файнциммера) сказал мне:

– Вам повезло, что вы снимаетесь у Файнциммера. Попали бы к Ивану Пырьеву, он бы вас за незнание текста выкинул из павильона.

Прошло несколько дней. Мне позвонил Евгений Карелов.

– Все получилось отлично, – сказал он. – При просмотре материала на вашей сцене все смеялись, и сценаристы решили написать для вас второй эпизод. Вы будете сниматься в нем вместе с Жаровым.

Так возник эпизод, когда пиротехник приходит в музыкальный магазин к директору (его играл Жаров) и демонстрирует тому свою шутиху, взрывая в магазине чуть ли не целый отдел. Естественно, я с радостью согласился на это предложение.

Через несколько дней мне рассказали, что у съемочной группы возникли сложности и, видимо, картину в срок сдать не успеют. Рассказали мне и о том, что руководство на просмотре рабочего материала хохотало над моим эпизодом.

– Вы у нас, – сказал мне кто-то в группе, – идете козырным тузом.

Во время съемок я подружился с Михаилом Ивановичем Жаровым. Интересный человек, большой актер, ко мне, начинающему артисту, он относился по-доброму. Всегда подбадривал. Перед съемкой второго эпизода нам показали часть смонтированного материала. Впервые увидев себя на экране, я остолбенел. «Неужели я такой?» – поразился я.

И голос, и выражение лица, которое я привык видеть в зеркале, – все было другим. Не считая себя красавцем, я, в общем-то, думал, что выгляжу нормальным человеком, а тут на экране полный кретин, с гнусавым голосом, со скверной дикцией. На меня это так подействовало, что я расстроился. А вокруг все были довольны и говорили: «Хорошо. Молодец!»

Оставшись наедине с Жаровым, я излил ему душу. Михаил Иванович внимательно посмотрел на меня, улыбнулся и, понизив голос, сказал:

– Это что!.. Когда я себя увидел в первый раз на экране – заплакал. Жалко мне стало самого себя. Ушел в уголочек и долго плакал. Никак, понимаешь ли, не думал, что так плохо выгляжу. Так что не расстраивайся. Наоборот, поздравляю тебя с успехом. Все получилось нормально.

Уже во время первых съемок я понял, что актер может вносить свои добавления в текст. О шутихе, которую доставал пиротехник, я сказал:– Вот сейчас она у нас джикнет…

«Джикнет» смешнее, чем «взорвется», как было написано в сценарии. Так в картину и вошло.

«Джикнет» понравилось Жарову, и он часто, повторяя это слово, смеялся.

Эпизод с Михаилом Жаровым

В ожидании одной из съемок в случайном разговоре я выяснил, что подмосковный дом, в котором мы с семьей снимали комнату на лето, недалеко от дачи Жарова.

– Ты же со мной рядом живешь, заходи в гости, – предложил Михаил Иванович.

В одно из воскресений я пошел к нему. У Жарова оказался обыкновенный финский дом, чистенький, уютный, с небольшим участком. Для дочек Михаил Иванович сам построил в саду маленький домик с игрушками. И вообще на даче он все делал своими руками.

У меня сохранилась фотография: сидим в яркий солнечный день за столом на воздухе, пьем чай из самовара и беседуем. Рассказывал Жаров великолепно. Вспоминал разные случаи из театральной жизни, говорил об известных актерах, о своем детстве.

Как Юрий Никулин сыграл свою первую роль в кино и сделал свой первый шаг к статусу легенды отечественного кинематографа

– Михаил Иванович, вы же можете книгу написать!

– Да ну, книгу, – ответил Михаил Иванович. – У меня и времени нет. Да и что писать?

Прошло десять лет. Снимаясь в фильме «Кавказская пленница», я вспомнил свою встречу с Жаровым. И вот почему. Сидим мы с Натальей Варлей, которая тогда впервые снималась в кино, ждем начала съемок. Я рассказываю ей о своих встречах с людьми, о цирке, о кино, о зарубежных поездках. Она внимательно слушает меня и вдруг говорит:
– Юрий Владимирович, так вы же можете целую книгу написать! Так все интересно.
– Да ну, книгу, – отшутился я тогда, – у меня и времени-то нет.
Все-таки Жаров потом книгу написал. Я ее с интересом прочел. Правда, Михаил Иванович о своем участии в фильме «Девушка с гитарой» не вспомнил. Это и понятно. Для него участие в этой картине – дело обычное, проходное. А для меня фильм стал боевым крещением в кино.
Второй эпизод, который написали для меня Владимир Поляков и Борис Ласкин, отсняли. Где-то он стал повторением первого эпизода, но тем не менее воспринимался хорошо. И у меня возникла мысль: а что, если снять еще один эпизод, совсем короткий, в конце фильма? Огромное здание. В окнах горит свет. В подъезд этого здания входит пиротехник с чемоданчиком в руках. Проходит секунда, другая, и вдруг во всех окнах одновременно гаснет свет. А затем отдельным кадром снять, как по Москве мчится пожарная машина.
Евгению Карелову и Юрию Чулюкину мое предложение понравилось. Файнциммер же, внимательно выслушав их, сказал:
– Стоит ли? У нас и так перерасход пленки. А потом придется заказывать отдельную съемочную смену, пробивать пожарную машину. Она не заложена в смете… Не стоит, пожалуй.
Мне до сих пор жалко, что так и не сняли этот эпизод. Получилось бы смешно. И линия пиротехника имела бы сюжетное завершение.
Закончились съемки фильма «Девушка с гитарой». Вечером последнего съемочного дня я пришел домой грустным.
– Что это ты какой-то опущенный? – спросила меня Таня.
– Да так, ничего.
– Что грустишь? Жалеешь, что кончились съемки?
– Жалею, – честно признался я, а сам подумал: «А вдруг меня больше никогда не позовут сниматься! А мне так хочется!..»

Первые два эпизода, сыгранные в кино, дались мне труднее, чем главные роли в последующих фильмах. Тем не менее я почувствовал – могу сниматься. Поверил в себя.
Прошло время. «Девушку с гитарой» выпустили на экраны, и меня первый раз в жизни узнали на улице.
Это произошло около мебельного магазина в Костине под Москвой. Стоя с бидоном в очереди за квасом, я почувствовал, что кто-то на меня внимательно смотрит. Оглянулся и вижу – меня рассматривает молодой парень.
– Скажите, вы киноартист? – спросил он, не выдержав.
– Нет, я работаю в цирке.
– А в кино снимались? Я вас узнал, – сказал он с какой-то особенной радостью. – Я вас видел в фильме «Девушка с гитарой». Вы там все взрываете. Верно?
Признаюсь, в первый раз это обрадовало. Тогда я и не предполагал, что узнавание может раздражать.
Мой дебют произвел впечатление. Ко мне приходили друзья, товарищи по работе и говорили: «Юра, как хорошо, что тебя сняли в кино. Артистов цирка приглашают сниматься! Это же здорово!»

Фильм «Девушка с гитарой» вы можете посмотреть полностью на ютуб-канале «Мосфильма»

Две минуты экранного времени — и целая история за кадром. С переживаниями, курьёзными происшествиями, легендарными знакомствами и много чем ещё. Удивительно, как за столь малым может скрываться столь многое. И как один случайный телефонный звонок помог Юрию Никулину стать легендой.

А к чему это всё было?

Очевидно, к тому, что очень интересно узнавать о дебюте знаменитых артистов. А ещё к тому, что я вас неистовейшим образом призываю прочитать или прослушать «Почти серьёзно». Эта книга — редчайшая возможность узнать Никулина-человека. Прошедшего ужасы войны юношу, не разучившегося любить жизнь и положившего всего себя на путь юмора. Он дарил смех, он заставлял плакать. Он навсегда останется в сердцах и умах отечественного зрителя. Он — настоящая легенда. Которую начинаешь любить и уважать лишь сильнее, когда узнаешь, сколь много ему пришлось преодолеть на пути к успеху.

Как Юрий Никулин сыграл свою первую роль в кино и сделал свой первый шаг к статусу легенды отечественного кинематографа

Вот и всё. Надеюсь, что прочтение данного отрывка «Почти серьёзно» сподвигнет и вас окунуться в жизнь Юрия Никулина. Я не ждал от книги ничего. А получил столь многое, что вот уже несколько дней не нахожу себе покоя, прокручивая в голове историю этого удивительного человека. И очень хочу, чтобы как можно большее количество людей ко мне присоединилось. Это ли не магия литературы?

Собственно, сегодня на этом всё. Спасибо за уделённое время, до скорых встреч, работяги.

117733
99
44
22
11
11