Эйфория и размышления о том, почему её не стоит смотреть
Вопросов много... В какой момент "разговоры о важном" превращаются в вестерн? Как, пытаясь усидеть на всех стульях сразу, упасть в лужу грязи? И почему Сэм Левинстон больной ублюдок?
Начиная с самого начала, 1 сезон эйфории показался мне вполне себе базисным подростковым сериалом.
Звезд он с неба не хватал, но все равно периодически бил в нерв своим вниманием к деталям. Ну, то есть, выставляя какие-то мысленные критерии того, каким должен быть правильный подростковый опус о взрослении, Эйфория старалась соответствовать каждому.
В том числе, активно продвигая мысль, что у всех, если покопаться, можно найти ворох детских травм.
Сэм Левинсон даже заботливо повставлял в начало каждого эпизода маленькие версии главных героев, объясняя закадровым голосом, что же именно с ними было не так.
Плохо ли это? Определенно, нет.
Как будто, получился классный костыль, позволяющий (далеко не самому опытному) режиссеру в полной мере заниматься общим сюжетом, не рискуя закопаться в перипетиях каких-то отдельных драматургий.
Да и общая картина первого сезона выглядела стройной и проработанной.
Зависимости, вопросы сексуальной идентичности, проблемы отцов и детей, даже бодипозитив и садомазо, прости Господи.
Сериал, как бы, выстроил прекрасный скелет общей истории, уже точно зная, что не закончится на первом же сезоне.
И вот, 2 сезон и Левинсон решил прямо ультануть.
Уже тогда я обратил внимание, что режиссер-то либо мощнейший реформатор, либо редкостный садист. Ну не было у меня других объяснений тому, насколько пронзительным было всё происходящее в кадре.
Вроде как, нет ничего необычного в том, чтоб устраивать зрителю эмоциональные качели (если герою в кадре очень хорошо, значит, вероятнее всего, через пару минут на него упадет метеорит, как минимум), но в Эйфории амплитуда этих качелей очень специфичная. Что-то вроде: нормально > плохо > нормально > ужасно > смерть (вспышки "эйфории" в процессе - всё-таки вспышки, так что их бы я не учитывал).
И всё это, к тому же, в рамках достаточно строгого такого реализма.
Я даже начал проводить в голове параллель с Достоевским, которая строилась достаточно бодренько, но об этом попозже.
Вообще, желание любого творца ломать устои всегда стоит где-то посередине между гениальностью и сумасшествием. И говорить зрителю: "извините, хеппи-энда тут не будет" - это именно об этом.
В целом, полчаса лишнего хронометража, чутка побольше экранного времени для пухлой вебкамщицы (чтоб не смотрелась так странно и неуместно в центре на общей фотке) и можно бы было расходиться.
Вся суть подростковых историй в том, что они быстро заканчиваются, разве нет?
Вообще, получается странная дилемма.
Если воспринимать Эйфорию легким подростковым сериалом, то и прощать ей можно многое, включая большое колличество сюжетных дыр.
Да и за уши можно притянуть еще больше (например, Маккей, который черный футболист, пропал из сериала посреди сезона не потому, что режиссеру-сценаристу просто стало впадлу развивать его персонажа, а потому что в студенчестве люди часто отдаляются от школьных друзей! Ха).
Как притянуть за уши детоубийство - я хз. Тут уж извините.
Ну и случился 3 сезон. И тут уже, кажется, кому-то в голову ударил мощный такой синдром Бога.
Или синдром веры в Бога. Не уверен.
Тут уже будет поподробнее:
Первые 2 серии мне даже понравились.
Ну, подумал я, захотел создатель переключиться в жанр криминального экшена - флаг ему в руки.
В целом, почему бы и нет, если мы смотрим развлекательное кинцо (а так первые 2 серии оно и выглядело).
Ну реально, тут тебе и проезд на машине через Мексиканскую стену (хз, как это назвать), и онлифансы, и эскорт, и внезапная криминальная карьера Ру.
Ну, да, куда-то ушли от подростковой драмы. Но какая разница, если смотреть интересно?
Потом, к сожалению, Левинсон вспомнил, что его садистские наклонности требуют выхода, ну, и завертелось как всегда: разрушенные семьи, отрезанные пальцы и задержания УБН.
И в 3 серии, впервые за весь сериал, мне стало натурально мерзко.
Левинсон и до этого в подробностях показывал сцену убийства свиньи и отрывания головы петуху. Да и перестрелки с детьми успел поснимать, как я уже говорил.
Тут ему показалось классной идеей в подробностях заснять сцену смерти попуги Палладина. Ну молодец, класс.
Скринов не будет. *место для удаленного текста, где я неистово матерюсь, желая автору всего-всего самого нехорошего*
Во всяких интервью режиссер много раз говорил, что нравится ему эпатировать и шокировать зрителя, но, как будто, это немного не та история.
Как будто, человек у руля в Эйфории просто дико кайфовал от страданий, которые происходят в кадре. Уж слишком ненужной была эта сцена, и уж слишком подробно она была снята. (Примерно тоже самое я испытывал на 6-минутной сцене гей-танца в конце 2 сезона. Не потому что я гомофоб или ханжа. Просто слишком подробно, долго и неуместно она выглядела)
Про Достоевского помните? Теперь тут еще и много разговоров о Боге. Да и божественных знамений тоже изрядно накидали. Реализм уходит далеко и надолго.
ну и заодно, с 4 серии Эйфория вернулась в свою норму и продолжила быть сериалом, где всем ну очень хреново живётся.
А проблема тут знаете в чем?
До этого мы смотрели на школьников у которых происходили школьные драмы. А сейчас в кадре бегает Зендая, работающая на 2 преступные группировки и стучащая обо всем в УБН. Как-то маловато реализма, да?
А с уходом реальности происходящего, уходит и сопереживание героям. В какой-то момент всё вокруг начало казаться диким фарсом.
Да и герои уже мало вызывали какого либо сочувствия (несмотря на то, что сценарий подкидывал им всё новые и новые круги ада).
Жанра треш-драмы еще не создали, извините.
По итогу, что мы имеем к конце 7 серии?
- Религиозно повернутая преступница-стукач.
- Онлифанщица, готовая на все ради популярности и денег.
- Её сутенерша.
- Поехавшая на голову трап-содержанка (иначе объяснить, зачем было рисовать пенисы на картине, которую попросили нарисовать для съемок в кино, я не могу)
И бедный Нейт
Учитывая, как режиссер вкладывался в его историю в 1 и 2 сезоне, происходящее с ним в 3 осталось за гранью моего понимания.
Я всегда думаю, как дать зрителям то, чего они хотят, но сделать это настолько ужасным и тревожным, чтобы в момент, когда это происходит, они уже не были уверены, что действительно этого хотели
Как рассказал постановщик, изначально планировалось, что Нейт просто задохнется в гробу. Однако позже Левинсон переработал сцену, добавив змею: «Я вдруг представил, как гремучая змея ползет к трубе, слышит удары и заползает внутрь гроба».
Ну вы поняли, да? Он это представил и мысль ему понравилось.
И в целом, какая тут выходит мораль по Нейту? Человек глубоко травмирован, боится предательства, имеет жесточайшие проблемы с доверием и жостка так хочет быть счастливым.
Это режиссер его таким придумал, а не я.
И по мнению этого же режиссера он сперва заслуживает пытки, а потом мучительную смерть. Круто, да?
С Ру в 8 серии режиссер, видимо, уже просто забил на реальность, устроил ей передоз и отправился снимать вестерн. Ведь что может быть лучше перестрелки в баре в подростковом сериале о наркозависимости?
Только послесловие о пути к Богу.
И как у него вообще может в голове сочетаться подвод к тому, что смерть от передоза - мученическая и вообще очень символичная, а смерть Нейта - "так ему и надо"?
Если откатиться на 1 сезон и посмотреть все начальные вставки в сериале, то внезапно выяснится, что судьбы-то у них вполне себе похожие.
Ру посадили на таблетки сами родители из-за, о боже, СДВГ, а смерть отца добила её нервную систему.
Нейту сломали психику видосы его бати.
Одна стала наркоманкой, второй психопатом.
Подозреваю, что развивать всю эту тему режиссеру-сценаристу стало просто западло. К черту травмы, вестерн и божественные знамения намного хайповее. А голая Суини вообще гига-хайп.
По итогу, получилась каша из всего-всего. Тысяча сценарных дыр, безумная мультижанровость, сломанная нахер драмматургия, полное непонимание того, о чем вообще он хочет снимать и много-много жестокости в попытках отвлечь глаз от общей бездарности происходящего.
Посмотревшим, как и себе, соболезную.