Причалы или Машина тайн. О превращении форм. Андрей Гелианов

«Причалы» - пожалуй, один из самых трудных романов, что читал. Медленный ритм и поиск Эдвардом Хоппером себя вначале немного напоминал «Распознавания» Гэддиса. Но реализация у Гелианова скучнее.

Затем автор подключил историю Фернандо Пессоа. Портрет героя нарисован выпукло. Но, когда пошел разговор между гетеронимами поэта, внимание потерялось. Причем идея-то интересная. Вспомнить хотя бы фильм «Стекло» Шьямалана или серию о докторе Мабузе Фрица Ланга.

Стоит, конечно, отдать должное фантазии автора. И, когда он подключил Богов, бездну и загадочную Машину тайн, связав все истории, получилcя красивый глубокий рисунок. Как оказалось, Демиург присматривал себе нового аватара/тело для перевоплощения, поэтому присматривался к Пессоа и Хопперу. И здесь метафора интересно работает. Ведь можно представить связь гениев с божественной сущностью.

Ещё один герой – Уильям Хоуп Ходжсон, спорная фигура. Но с точки зрения связи через оккультизм и эзотерику выглядит интересно.

Пожалуй, самый выделяющийся персонаж в романе – Артифекс, проводник между смертными и богами. Артифекс появляется в истории с Хоппером, в истории с Пессоа и другими гениями.

С литературной точки зрения спорное произведение. Тем более идея связи поэта/художника с некой невидимой движущей силой выглядит интересно, но не так уж нова.

В сборник рассказов «О превращении форм» талант Гелианова раскрылся более ярко. Повествование об Овидии («Изгнание воображения») в изгнании цепляет сразу с первых слов. Возможно, история великого античного поэта близка автору, ведь и он находится на чужбине вдали от Родины.

Некоторые рассказы отсылают к Борхесу, как та же история о Симеоне, другие - к Боулзу и Роберту Ирвину (ориенталистский рассказ о героях в Марокко («Mogador Blue»)). Один из самых сильных рассказов – «Свиноленд», местами близкий идейно фильму «Плохая партия» Аны Лили Амирпур.

Если выбирать из двух книг Гелианова, то с удовольствием перечитал бы «О превращении форм». Сборник выглядит более зрелым, слог отточенным (иные фразы нравилось перекатывать на языке), а рассказы ближе к телу, так как в них больше жизненной философии, нежели эзотерики и оккультизма.