У Канэки было удобное для подросткового самоощущения сочетание: он чужой среди своих, никто толком его не понимает, а внутри происходит что-то страшное и очень важное.
В четырнадцать для узнавания себя иногда хватало первых двух пунктов. Остальное добиралось опенингом и аватаркой.
При этом история давала приятную фантазию: однажды ты изменишься, ста…