[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "clmf", "p2": "flvn" } } } ] { "gtm": "GTM-NDH47H" }
{ "author_name": "Дмитрий Мучкин", "author_type": "self", "tags": ["dnd","\u043d\u0430\u0441\u0442\u043e\u043b\u043a\u0438"], "comments": 10, "likes": 88, "favorites": 11, "is_advertisement": false, "section": "default" }
11 230

Тюрьмы и драконы

Как играют в Dungeons & Dragons американские заключённые.

Поделиться

В избранное

В избранном

Журналистка портала Waypoint Элизабет де Клир (Elisabeth de Kleer) написала материал, в котором рассказала о том, к каким уловкам прибегают заключённые в американских тюрьмах, чтобы поиграть в Dungeons & Dragons.

Мы выбрали главное.

Изображение с сайта waypoint.vice.com

Это сочетание может показаться странным — брутальные нарушители закона, примеривающие на себя роли эльфов, магов и паладинов, но Dungeons & Dragons весьма популярна в американских тюрьмах. Заключённые используют игру как способ провести время, научиться совместной работе и повод поговорить.

Как отмечает бывший заключённый Мика Дэвис (Micah Davis), к D&D в его тюрьме относились очень серьёзно.

​У нас был отдельный стол в комнате отдыха. Это о чём-то говорит. Стол арийского братства, стол мексиканской мафии, стол чёрных — и стол Dungeons & Dragons.

Мика Дэвис, бывший заключённый и Мастер Подземелий

Некоторые из игроков в D&D — знатоки, которые начали играть ещё на воле, а кто-то втянулся уже в заключении. Игра настолько распространена, что в некоторых исправительных учреждениях её запретили — в отдельных из них играют в Pathfinder, пользуясь тем, что охранники не знают, что это практически одно и то же.

Но даже в тех тюрьмах, в которых Dungeons & Dragons разрешена, заключённым приходится идти на ухищрения, чтобы в полной мере насладиться игровым процессом — виной этому запрет на игральные кости. Они могут использоваться для азартных игр, которые приводят к дракам и убийствам.

В таких случаях фанаты D&D делают кости сами, из бумаги, по шаблонам, присланным родственниками или друзьями. Часто при обысках охранники отбирают самодельный инвентарь, так что шаблоны особенно важны. Вместо клея используют наклейки с бутылок для шампуня, зубную пасту или джем.

В ход идёт не только бумага — также кости вырезают из мыла, таблеток аспирина, твёрдого дезодоранта. Один из самых ресурсоэффективных способов — сделать кубик из туалетной бумаги, смочить его водой и вдавить в какой-нибудь прямой угол, например, в оконную раму. Спустя какое-то время снова намочить и вдавить другой стороной, добиваясь идеальной формы.

Кто-то предпочитает вообще не связываться с костями и разрабатывает свои устройства для случайного выбора чисел. Чаще всего принцип действия таких приспособлений основан на вращении — это может быть как простой диск с кусочком проволоки, так и нечто более изобретательное.

К примеру, два стаканчика, один из которых вложен в другой, — на первом написаны числа, а на втором вырезаны окошки. Мастер Подземелий опускает стаканы под стол и крутит их, пока игрок не скажет ему остановиться. Появившееся в окошке число и считается «выпавшим».

Один из самых безопасных вариантов — взять несколько кусочков бумаги, написать на них числа от одного до двадцати, положить в стакан, шапку или мешок и выбирать один из них наугад.

Правила по поводу того, какие необходимые для игры предметы разрешено иметь заключённым, различаются даже среди блоков одного учреждения. Где-то, например, могут быть запрещены фигурки — тогда игроки вырезают их из подручных средств или используют объекты из других игр («Риска» и «Эрудита»).

Все эти вещи могут казаться безобидными людям, никогда не бывавшим в тюрьме, но охранники могут принять внутриигровой контракт с дьяволом за сатанистский материал, а карты — за планы побега.

​Я никогда не проводил и не участвовал в игре, в которой персонажи должны были сбежать из тюрьмы или темницы. Слишком очевидно. Если подумать, мы хотели избежать клише нахождения в подземелье, заполненном монстрами, будучи в подземелье, заполненном монстрами.

Мика Дэвис, бывший заключённый и Мастер Подземелий

К счастью, иногда охранники сами оказываются фанатами игры. Так, Джереми Джордж (Jeremy George), бывший офицер из Техаса, однажды помог заключённым, благодаря своему опыту в D&D.

Во время обыска лейтенант увидел игровую карту. Он забрал её, думая, что это какой-то план побега, но я поспешил объяснить ему, что это была просто карта ​Dungeons & Dragons. Он вернул листок, назвав меня задротом. Так заключённые узнали, что я тоже играю, и потом иногда спрашивали у меня про новые дополнения и игры.

Джереми Джордж, бывший офицер тюремной охраны

Джереми говорит, что во время игры заключённые учились работать сообща и развивать свой характер. Поэтому он всегда старался поддерживать игроков и объяснять другим охранникам, чем они занимаются. Это помогло ему заработать уважение заключённых — а в тюрьме это важный ресурс.

#dnd #настолки

Статьи по теме
Фантастические твари: самые странные монстры в Dungeons & Dragons
Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Узнавайте первым важные новости

Подписаться