{"id":3824,"url":"\/distributions\/3824\/click?bit=1&hash=a0d33ab5520cacbcd921c07a49fc8ac5b78623b57936b992ce15c804b99210d4","title":"\u041a\u0430\u043a\u0443\u044e \u0440\u0435\u043a\u043b\u0430\u043c\u0443 \u043c\u043e\u0436\u043d\u043e \u0434\u0430\u0442\u044c \u043d\u0430 DTF \u0438 \u043a\u0442\u043e \u0435\u0451 \u0443\u0432\u0438\u0434\u0438\u0442","buttonText":"\u0423\u0437\u043d\u0430\u0442\u044c","imageUuid":"75ec9ef4-cad0-549d-bbed-1482dc44e8ee","isPaidAndBannersEnabled":false}
Офтоп
Олег Орлов

Создание и эволюция армии Рима от эпохи царей до реформ Мария. (часть X)

От окончания Второй Самнитской войны до начала Третьей Самнитской войны

Глава XXV. Последний этап Второй Самнитской войны.

В 308 году до нашей эры продолжалось военное столкновение между самнитами и римлянами. Тит Ливий дает довольно подробное описание самнитского войска:

… их строй сверкал новым великолепным оружием. Было у них два войска: у одного щиты с золотой насечкой, у другого — с серебряной; а щиты были такие: верхняя часть, защищающая грудь и плечи, пошире, и верх ровный, книзу же, чтоб не мешать двигаться, щит суживался в виде клина. Грудь у самнитов прикрывал панцирь, левую голень — поножи; шлемы с гребнями должны были сделать рост воинов более внушительным. У «золотых» воинов туники были разноцветные, а у «серебряных» — из белоснежного льна. У этих последних были серебряные ножны и серебряные перевязи, а у первых то и другое — золотое, и попоны на конях расшиты золотом. Одним отвели правое крыло, другим — левое. Это блестящее вооружение было уже знакомо римлянам, да и вожди внушили им, что воину своим видом надлежит устрашать противника и полагаться не на золотые и серебряные украшения, а на железо самих мечей и собственное мужество…

Тит Ливий
Автор Истории Рима от основания города

Для римлян подобный вид противника больше внушал не угрозу, а желание захватить всю эту богатую “добычу”. Можно предположить, что столь богатое снаряжение досталось Самнию от их союзников из Великой Греции - только греки в тот период могли завозить подобное на Апеннинский полуостров.

Сделав акцент в своей речи на захват столь богатых трофеев, Луций Папирий Курсор повёл легионеров в бой. Сам полководец находился на правом фланге, на левом руководил начальник конницы. Во время битвы между диктатором и начальником конницы происходило негласное соревнование - кто быстрее пробьёт строй вражеских войск. Юнию (начальник конницы) повезло – его отрядам удалось нарушить строй правого самнитского фланга, где солдаты отличались белоснежным одеянием и оружием сверкающим серебром. Увидев это, диктатор, воскликнул:

Неужто с левого крыла придет к нам победа? Неужто на правом воины диктатора станут плестись в хвосте чужого натиска вместо того, чтобы своими руками вырвать у врага победу?!

Луций Папирий Курсор
Диктатор 308 г.

На левом крыле римляне усилили натиск и также начали теснить противника. Поддержку командующим также оказывали бывший консулы Марк Валерий (правый фланг) и Публий Деций (левый фланг). Оба тут же направились на тот фланг, где более трудно шло сражение для римлян. И тут вся римская кавалерия смогла окружить войска с двух сторон. Самниты были полностью разбиты, их лагерь – взят, разграблен и подожжён. По случаю такой победы Сенат постановил справление диктатором триумфа вместе с трофеями.

Самнитский воин

Золотое и серебряное снаряжение оказалось настолько красиво, что щиты с золотой насечкой раздали владельцам меняльных лавок для украшения форума. Именно с тех времен появилась традиция украшать форум, когда по нему проводят крытые повозки с изображениями богов. В честь этого жители Кампании решили перенять тип этого блестящего снаряжения и снарядить им “самнитов” – новы класс бойцов в гладиаторских боях.

Статуэтка гладиатора «Самнита» из музея в Провансе, Франция.

В это же время консулу Фабию удалось одержать победу над остатками этрусского войска недалеко от Перузии, где жители ранее нарушили договор о перемирии. До захвата города дело не дошло, так как сами представители города вышли навстречу легионерам для сдачи города. Консулу также удалось справить триумф ещё даже более пышный, чем у диктатора. Часть победы над самнитами причислили легатам, то есть бывшим консулам Публию Децию и Марку Валерию (вероятно, в виде оваций).

На следующих выборах одного из них провозгласили снова консулом (Деций), а другого претором (Валерий). Квинт Фабий также получил должность консула за успешную кампанию против Этрурии. В этот раз и Этрурия досталась Публию Децию, А Фабию Самний. Факт отсутствия протеста со стороны консулов о выпавших по жребию им противников говорит ещё о том, что они не боялись менять сферу и территорию своей деятельности. Это наоборот позволяло должностным лицам быть в постоянном тонусе и получать разный опыт на других территориях против различных противников.

Фабий направился к Алфатерской Нуцерии, при этом с презрением отклонил просьбы жителей о мире. В итоге дело дошло до осады. Осажденные вынуждены были сдать город. Чуть позже произошла схватка с самнитами. Примечательным является то, что римляне впервые вступили в бой с италийским племенем марсов. Поражение в битве было нанесено всем союзникам Самния, в том числе и пелигнам. Ранее последние решили отойти от власти Рима.

Консул Деций также одерживал победы, но на дипломатическом поприще. Ему удалось угрозами заставить Тарквинии снабдить войска продовольствием, а также заключить договор о мире с Римом на 40 лет. Ему удалось приступом захватить несколько крепостей вольсинийцев, лишив их оборонительных укреплений. После устрашающих походов консула все жители Этрурии стали просить о перемирии, и был заключён мир на год. От сдавшихся потребовали годового жалования для римского войска и по паре туник на каждого воина. Именно такая плата установлена за этот небольшой мир.

После всех этих событий в Этрурии снова активизировались умбры. Во время предыдущего похода римляне прошли по их полям, не трогая население. Умбры посчитали это оскорблением и призвали свою молодёжь взяться за оружие и пойти воевать против Рима. Важно отметить, что до этого они были готовы стать союзниками римлян и предоставить свои войска. По словам Ливия, они собрали крупные войска и хвалились тем, что могут пойти с таким количеством солдат осаждать Рим. Как только Деций об этом узнал, он тут же большими переходами направился в сторону Рима. Римский лагерь легионеры расположили во владениях Пупинии.

В Риме также народ переполошился от этой новости. Некоторые даже вспоминали о раннем захвате “Вечного города” галлами. Из Рима направили послов к консулу Фабию для того, чтобы тот использовал затишье в конфликте с самнитами и направился с легионами в Умбрию. Он дошёл до Мевании. Именно в этой области сосредоточились основные силы умбров. Противники римлян не ожидали такого, предполагая, что эти войска заняты войной в Самнии. Некоторые из умбров даже испугались и предпочитали отступить за укрепления своих городов, другие же готовы были отказаться от войны. Единственная община (Материна), смогла удержать армию от всеобщего бегства или перехода к осаде и направила объединенные войска умбров на бой с легионерами. Это произошло в тот момент, когда солдаты Фабия обносили лагерь валом. Консул немедленно отозвал легионеров от строительных работ и велел построится в боевой порядок. В речи своей он напоминал о заслугах воинов в Этруии и Самнии и призвал их покончить с этой угрозой раз и навсегда. Солдаты ринулись в бой даже не дослушав речь консула и звука труб (сигнал к атаке). Схватка происходила настолько ожесточённо, что римлянам удавалось отбирать вражеские знамёна и вместе со знаменосцами доставлять их к Фабию. Легионеры также выхватывали вражеских солдат из умбрского строя к себе, больше сражаясь щитами, нежели мечами и копьями. Большинство из объединенного войска противника было взято в плен, а над полем боя был слышен единственный приказ: “сложить оружие”. Сдались главные зачинщики войны, а в следующие дни остальные племена умбров прекратили сопротивление. С жителями Окригулы заключили дружественный союз под гарантией частного поручительства.

После такой победы Фабий вернулся в Самний. В следующем 307 году до нашей эры были продлены его консульские полномочия, а консулами стали уже ранее нам известный Аппий Клавдий и Луций Волумний (несмотря на протесты Аппия). В недошедших до нас источниках сообщалось, что главным противником избрания Аппия Клавдия консулом был народный трибун Луций Фурий (вплоть до сложения первым своих цензорских полномочий). Войну с саллентинами поручили Луцию Валумнию, а Аппий Клавдий остался в Риме, пытаясь поднять свое политическое влияние.

Волумний довольно успешно вёл свою кампанию и взял приступом несколько вражеских городов. Он умел расположить к себе войска, щедро раздавая добычу, тем самым пробуждая у римских легионеров “жажду трудов и опасностей”.

Бывший консул Квинт Фабий расположился под городом Аллифами. Именно там он дал сражение войскам самнитов, которых удалось загнать в собственный лагерь. Последних спасло только то, что день заканчивался и сменялся ночью. Римляне приступили к осаде лагеря и перекрыл все выходы, чтобы никто не попытался убежать оттуда. На следующий день самниты послали к Фабию переговорщиков для принятия условий сдачи. Противников римлян заставили выйти из лагеря в одних туниках и всех прогнали под ярмом. Видимо римляне надолго запомнили о поражении под Кавдием. Союзникам Самния также не повезло. Около 7 000 пленных отправили, как говорит Тит Ливий - “под венки”, то есть продали в рабство. Те же, кто объявил себя герниками, находились под стражей отдельно. Их отправили в Рим к Cенату для расследования - по собственной воле, они сражались или нет?

Их доставили как раз под выборы новых консулов 306 года до нашей эры - Публия Корнелия Арвилла и Квинта Марция Тримула. Затяжка с решением судьбы герников не понравилась их соотечественникам, и жители Анагнии созвали у себя совет всех племен в цирке под названием “Морской”. Все народы герников за исключением веруланцев, ферентийцев и алетринцев объявили войну Риму.

После ухода войска Фабия из Самния, там снова начались бунты. К самнитам снова отошли Калация и Сора вместе с римскими гарнизонами. Над легионерами-пленниками жестоко издевались. Первый консул (Публий Корнелий) отправился именно туда. Марцию поручили вести войну против новых противников - герников и анагнинцев. Противники Рима предусмотрительно захватили все дороги, через которые могло проходить сообщение между лагерями консулов. Из-за этого оба правителя не могли получать сведения о происходящем на протяжении нескольких дней. Рим, узнав о таком положении вещей, решил призвать молодёжь для формирования двух новых армий. Но, несмотря на это, герники довольно легко были разгромлены. У них было захвачено три лагеря и им удалось получить перемирие на 30 дней для отправки своих послов к Сенату. Герникам пришлось заплатить сумму полугодового жалования для римского войска, количество продовольствия на тот же срок, а также выдать по тунике каждому римскому солдату. Сенаторы отправили этих послов к Марцию для того, чтобы он решил участь этого племени. И консул решил принять их полную капитуляцию перед Римом.

Римский легионер времён ранне-средней Республики. Современная иллюстрация.

Несмотря на превосходство своей армии, Публий Корнелий оказался в затруднительном положении из-за неудачного расположения военного лагеря. Самнитам удалось отрезать римлян от всех дорог и захватить проходы в лесных чащах, перекрыв тем самым подвоз продовольствия. Консул ежедневно пытался вызвать самнитов на бой, но те очень быстро сбегали и действовали партизанской тактикой. В итоге сложилась следующая ситуация: самниты не могут дать полноценного сражения римлянам, так как они его не выдержат; легионеры могут погибнуть при сильном затягивании войны без подвоза продовольствия.

Марций поспешил на помощь Корнелию после принятия капитуляции герников. В этот раз самниты не смогли уйти от битвы и решили первыми напасть на прибывших легионеров. Римлянам довольно быстро удалось сложить свои припасы в центр войска и быстро перестроиться из походного построения в боевой порядок. Корнелий увидел готовящуюся схватку между армией Марция и самнитами и тут же отдал приказ легионерам браться за оружие и выходить из лагеря. Ему удалось напасть на противника с одного из флангов, а Корнелий стал подбадривать своих солдат словами о том, что несправедливо будет отдавать победу соотечественникам, которые уже ранее победили другой народ. Легионеры воодушевились и довольно быстро разорвали строй противника. Публий с отрядами погнался за отступавшими в лагерь, который был оставлен без защитников. Ему удалось захватить вражеский стан и поджечь его. Марций, увидев пламя из лагеря противника, решил сконцентрироваться на отступавших. По сведениям Тита Ливия было убито 30 000 вражеских воинов, что опять же маловероятно с учётом партизанской тактики солдат Самния и крупного числа потерь во время предыдущих битв.

Как только консулы начали поздравлять друг друга с победой, внезапно появились новые самнитские отряды, которые были довольно быстро набраны на подмогу уже проигравшей армии. Легионеры обоих консулов не стали дожидаться приказов, и сами напали на противника. Корнелий и Марций не стали этому препятствовать, так как хорошо понимали, что новобранцы (самниты) гораздо хуже воюют чем опытные (римляне). Солдаты Самния начали отступать в горы после первых натисков легионеров. Римляне их преследовали и сбрасывали с занимаемых холмов. Остальные, увидев это, стали просить о мире. С проигравшей стороны потребовали продовольствие на три месяца, годовое жалованье войску и по тунике на воина. Только после этого их отправили к Сенату ходатайствовать о мире.

Корнелий остался в Самнии, Марций возвратился в Рим справлять триумф над герниками. Ему в честь побед решили поставить конную статую перед храмом Кастора. Веруланцам, ферентийцам и алетринцам вернули изначальные права и законы, так это интересовало их больше, чем римское гражданство. Также им разрешили браки между собой. Анагнинцам и всем активным мятежникам римляне дали гражданство без права голосовать и иметь в поселениях магистратов, кроме как для соблюдения обрядов. В этом же году Гай Юний Бубульк заложил храм Спасения и вместе с товарищем Марком Валерием Максимом построил за казённый счёт дороги через поля. Именно в этом же году был возобновлён договор с Карфагеном, а их послов щедро одарили.

Диктатором 305 года до нашей эры стал Публий Корнелий Сципион, а начальником конницы Публий Деций Мусс. Их назначили из-за отсутствия действующих консулов для выборов новых. Консулами избраны Луций Постумий Мегелл и Тиберий Минуций Авгурин.

В это время самниты совершали набеги на Сателланское Поле в Кампании. Из-за этого оба консула были посланы в Самний, но по разным направлениям. Минуций отправился на Бовиан, Постумий на Тиферн.

Первому в схватку удалось вступить Постумию. В округе Тиферна войска самнитов были разбиты и 20 000 солдат взято в плен (опять же численность пленных под вопросом). По другим же источникам самнитам удалось сбежать после того, как консул пошёл на следующую хитрость: он прикинулся, что боится противника, и начал уводить римские легионы в горы. Самниты последовали за ним и буквально в 2 милях от римского лагеря также разбили свои укрепления. Постумий дальше продолжал обманывать противника, делая вид, что все солдаты заняты укреплением лагеря. На самом деле он предварительно выбрал эту позицию, дабы не испытывать нужды в припасах. Оставив сильный гарнизон в лагере, консул в полночь (третья стража) отправился с легионами по короткой дороге к Минуцию, который также стоял напротив лагеря своего противника.

Первым вступает в бой Минуций. Большую часть дня битва шла с переменным успехом, но когда сражающиеся начали уставать, на самнитов обрушивается вторая армия римлян под руководством Постумия. Все противники Рима были перебиты и захвачено 21 знамя. Легионеры поспешили к лагерю Постумия, и объединённое войско двух консулов использовало точно такую же тактику, как и в предыдущий раз. Противник мало того, что не ожидал прихода подкрепления со стороны римлян, так ещё был обескуражен поражением соотечественников. Новая победа принесла римлянам 26 знамён и пленение самнитского военачальника Статия Геллия. Оба вражеских лагеря также пали под натиском римских легионов.

На следующий день оба консула приступили к осаде Бовиана и довольно быстро захватили город. Вернувшись в Рим, они отпраздновали триумф. Есть сведения, что консул Минуций был тяжело ранен в одном из боёв и скончался в лагере. Заменой ему был назначен Марк Фульвий, который принял участие в захвате Бовиана. В 305 году до н. э. римлянам также удалось отбить Сору, Цезению и Арпин. В честь этого на Капитолии воздвигли и освятили огромную статую Геркулеса.

В следующем, 304 году до нашей эры во время консульства Публия Сульпиция Саверриона и Публия Семприона Софе жители Самния отправили в Рим послов для переговоров об окончательном мире. Римляне решили проверить самнитов на готовность заключения мира, так как вторые слишком часто пользовались правом на перемирие, при этом усиливая свои войска и нападая на беззащитные города. Во время этих переговоров консул Публий Семпроний отправился с войском в Самний разведать ситуацию. Но на удивление римлян консул встретил мирных жителей, которые охотно помогали со снабжением войска. На основании увиденного старинный договор (договор 353 г. до н. э.) удалось возобновить и, тем самым, закончить Вторую Самнитскую войну.

В этом году римляне решили поживиться за счёт эквов, которые уже много лет никаким образом не проявляли агрессии в сторону Рима. Конфликт разгорелся из-за того, что до этого эквы якобы поставляли герникам и самнитам подкрепления, а после покорения герников весь народ эквов перешло на сторону врагов Рима. Эквы ответили римским фециалам о попытке принудить их к статусу римского гражданства, что их насильно хотят, но они, как и герники, хотели жить под своими собственными законами. В итоге Рим объявил войну эквам.

Римский лагерь расположился в 4 милях (6 км) от вражеских укреплений. Единого войска у противников Рима не было, так как они давно уже не вели войны сами, а солдаты представляли из себя ополчение, где не было “ни вождей, ни военных порядков". Они даже не могли прийти к единому мнению: защищать свой лагерь и подставлять под угрозу разграбления и уничтожения свои поля и сельскую местность, или всё-таки попытаться выступить против легионеров?

В итоге эквы пришли к выводу, что нужно защищать столицу, и, поэтому, они послали всех солдат для сбора своих вещей, перевозки их в город и перехода в оборону, не боясь за своё имущество. Когда противники Рима разошлись по своим селениям, легионеры вынесли знамёна и были построены в боевой порядок. Удивившись в отсутствии противника на поле боя, они быстрым маршом направились к их лагерю. Позднее римлянам удалось узнать о планах эквов, и римские солдаты пошли на захват их поселений и городов. По словам Тита Ливия за 50 дней им удалось приступом взять 31 город. Большая часть из них была разрушена и сожжена, а население практически полностью истреблено. В честь этой “победы” легионеры справили триумф. Это было сделано в назидание народам марсов, пилингам, марруцианам и френтанам. Каждый из них отправил в Рим послов для заключения мира и дружеского союза. Договор заключил со всеми.

Тит Ливий, описывая внутреннюю политику Рима в тот год, приводит пример деятельности писца Гнея Флавия. Этот гражданин заметил, что его выдвигают по трибам на собрании для назначения на должность эдила, но на само голосование его имя не ставили из-за его должности. Суть истории заключается в том, что он довольно активно боролся со знатью, которая презирала его за низкое происхождение. Флавию удалось добиться должности народного трибуна, также стать одним из “ночных” триумвиров («Ночной» триумвират (собств. триумвиры по уголовным делам) выполнял вспомогательную службу при магистратах, судивших по уголовным делам (в частности, следил за исполнением смертных приговоров), а также ведал ночной стражей и пожарными дозорами. прим. из Истории Рима). К его заслугам можно также отнести обнародование гражданского права для всего народа, которое ранее скрывали понтифики, и расставить по форуму белые доски с фастами, дабы народ знал по каким дням можно вести судебные тяжбы. Гней Флавий добился права произнесения слов для освящения храмов (ранее это могли сделать только консул и полководцы). После такого прецедента был предложен закон, запрещающий освящать храм без приказа Сената или без голосования большинства триб.

Заседание Сената.

Ещё одну историю в конце IX книги Тит Ливий приводит с этим же Гаем Флавием. Как-то раз он пришел навестить больного товарища по должности. Когда он вошёл, сидевшие знатные юноши не стали его приветствовать. Увидев это, Флавий потребовал принести курульное кресло. Именно с него он смотрел на терзаемых досадой недругов. Все эти события происходили после цензорства нам знакомого Аппия Клавдия, ранее допустившего осквернение Сената новыми сенатскими списками с участием кандидатов – вольноотпущенников. Этот список не был принят, и Аппий продолжал бороться против знати, сплотив вокруг себя городской сброд и включив его в трибы, а также с помощью подкупа Форума и Марсового поля. Многие встретили избрание эдилом Флавия с негодованием и, поэтому поснимали все свои атрибуты власти, то есть бляхи, золотые кольца. Именно с этого момента можно считать разделение народа на две партии: здравомыслящий, чтивший, уважающий народ и рыночная клика (простолюдины). Всё это удалось прекратить благодаря цензорам Квинту Фабию и Публию Децию. Им удалось призвать всех к согласию, хотя они были на стороне знати и сделали все, чтобы выборы не попали в руки черни. Именно за эти заслуги Квинт Фабий получил прозвище Максим (Maximus).

Из всего вышесказанного можно сделать следующий вывод. Окончание Второй Самнитской войны ознаменовало новую эпоху начала доминирования римской цивилизации над народами Аппенинского полуострова. Народы, которые прибегали к партизанской тактике против Рима, осознавали угрозу потери своей независимости. С другой стороны, римляне в отличии от галлов не уничтожали полностью население и не меняли обычаи и традиции народов, которые не желали этого. В контексте данного времени Рим создавал конфедерацию, позволявшую большинству народов Италии иметь гарантию безопасности без потери самоидентификации вплоть до Имперского Рима. Сами римляне выстояли против партизанской тактики и внутренних конфликтов (не всегда правда справедливо), объединяя италийские народы и давая им блага цивилизации.

Глава XXVI. Начало Третьей Самнитской войны.

В X книге Тит Ливий начинает повествование с 303–302 гг. до н. э. при консульстве Луция Генуция и Сервия Корнелия. По словам историка в этот период у Рима внешних войн не было. Новое поселения появились недалеко от Соры (4 000 поселенцев) и от Альбы - на земле эквов (6 000 человек). Жителям Арпина и Требулы римляне даровали гражданство. Фрузинатов, за подстрекательство герников к мятежу против Рима, лишили одной трети территории. Главных зачинщиков этих мятежей высекли розгами и обезглавили топором.

Здесь описывается интересный случай поиска для консулов врага вне Рима. В Умбрии ходили слухи о разбойниках, живших в пещерах и совершающих набеги на поля мирных жителей. Римляне устроили небольшой поход на территорию умбров. Войдя в пещеру, легионеры поняли, что не были готовы к битве в тесных и тёмных условиях. Многие из них оказались ранены или побиты камнями, но когда они выбрались из пещеры, то нашли другой выход. Римские солдаты завалили все входы деревьями и подожгли их. Около 2 000 вооруженных разбойников погибло от дыма и жара. Некоторые из них пытались вырваться наружу, но все это было тщетно.

При консулах следующего года (302 г. до н. э.) Марке Ливие Дентре и Марке Эмилии снова началась война с эквами. Последние были недовольны новыми поселенцами около Альбы, и поэтому они начали осаждать новую крепость. Колонизаторам удалось отбиться самим, но несмотря на это, римляне всё равно решили назначить диктатора Гая Юния Бубулька и начальником конницы утвердить Марка Титиния. Их отправили в поход, и на восьмой день они вернулись в Рим с триумфом.

Спартанцы в боевом построении.

В этом году внезапно произошло вторжение греческих кораблей под руководством Клеонима Лакедемонского на италийское побережье. Им удалось захватить саллентийский город Фурии. В первой схватке, где римлянами руководил консул Эмилий, легионерам удалось обратить греков в бегство и загнать обратно на корабли. Фурии были возвращены его жителям.

Попытка высадки с моря спартанцев во время пелопонесской войны. Из Журнала 100 битв, которые изменили мир № 151.

Если также мнение, что эта схватка в реальности не происходила. Из Рима направлен был диктатор Юний Бубульк, но пришёл он тогда, когда греки уже покинули Италию. Клеоним с войском обогнул Брундизийский мыс и старался держаться подальше от побережья Адриатики: слева ему постоянной угрозой являлся италийский берег без возможности причалить; справа – истры, иллирийцы и либурны. Последние были знамениты с тем, что грабили морские суда. Клеоним решил войти в безопасную лагуну внутри полуострова через реку Медуак для сохранения своего флота. Оказавшись на суше, греки вступили в схватку с патавийцами. Это произошло, когда приплывшие начали представлять угрозу для жителей округи Патавии. Патавийцам удалось обратить греков в бегство и заставить их корабли уйти дальше от берега. Жители Патавии, узнав от пленников, что сам царь Клеоним к ним пожаловал с большим флотом, снарядили небольшие суда, на них подошли поближе к крупным греческим кораблям и со всех сторон напали на противника. Эллинов преследовали до устья реки, и несколько греческих судов были посажены на мель и сожжены. Часть из них захватили патавийцы, и вместе с трофеями они возвратились домой с новостью о победе. У греческого царя Клеонима осталось только пятая часть кораблей от изначального флота. В итоге он ушел с Адриатики, не добившись никакого успеха. В память об этом событии в Патавии на реке, которая протекает через город, в этот день жители ежегодно устраивали праздничное состязание корабельщиков (Патавий является родиной Тита Ливия).

Стоит вернуться обратно к Риму. В 302 году до н. э. по прошению вестинцев был заключён с ними союзный договор. Внезапно появилась новость об опасности - снова восстала Этрурия, и в этот раз мятеж возглавили аррентийцы. Причиной явилась попытка изгнать могущественный род Цильниев (являлись предками Гая Цильния Мецената - известного римского гражданина, который покровительствовал деятелям культуры в эпоху Октавиана Августа) из-за зависти к их богатству. Марсы также решили побороться за независимость своих земель.

Диктатором был назначен Марк Валерий Максим, начальником конницы - Марк Эмилий Павел. В первом сражении диктатору удалось разгромить марсов и загнать их в укреплённые города. За несколько дней были захвачены Плестина, Фресилия и Милиония. Отняв часть владений у марсов, римляне возобновили мирный договор. Диктатор собирался направиться воевать против этрусков, но ему пришлось ехать в Рим для совершения новых птицегаданий.

В это время Марк Эмилий (начальник конницы) вышел из лагеря и попал в засаду. Несколько знамён были потеряны, а сам отряд вместе с начальником конницы был загнан обратно в лагерь. Информация об этом поражении вызвала панику в Риме: суды оказались закрыты, поставлена стража ворот и дозоры по всем улицам, везде размещалось оружие, стрелы и камни. Диктатор набрал новые войска из римской молодёжи и отправился к своему лагерю. Он выяснил, что там всё спокойно и всё в порядке. Лагерь был перенесён на более безопасное место. Те же, кто лишился знамён, располагались без шатров за пределами нового лагерного вала. Теперь лагерь находился в окрестностях Рузеллы. Недалеко оттуда также расположился неприятель.

Этруски снова стали прибегать к хитрости. Дело в том, что недалеко от римского лагеря располагались полуразрушенные хижины деревни, сожжённой при опустошении полей. Там устроили засаду вооружённые этрусские воины. Прямо на глазах римской охраны во главе с легатом Гнеем Фульвием они прогнали скот. Никто из легионеров не поддался соблазну получения легкой добычи, и тогда один из этих “пастухов” начал кричать остальным своим сослуживцам о том, что можно спокойно пройти без сопротивления сквозь римский лагерь. Некоторые церийцы были на стороне римлян, и именно они перевели слова противников легату. По римскому войску прокатилось возмущение, но никто не смел без приказа вступать в схватку. Легат же поинтересовался: “А это деревенское наречие или городское?” Он получил ответ, что внешность, речь и осанка слишком благородны для пастухов. Тогда Гней попросил передать этим “пастухам” о раскрытии их обмана.

Панцирь воинов-этрусков

После этого эруски всем войском вышли из-за укрытий и построились в боевой порядок. Легат, увидев это, срочно послал к диктатору за помощью, так как его отряд не может долго сопротивляться столь крупным силам противника. Узнав об этом, диктатор тут же приказывает выносить знамёна и, вооружившись, следовать за ним. Воины мгновенно были готовы вступить в схватку даже с учётом предыдущего поражения. Оно на их эмоциональное состояние не оказало серьезного влияния, наоборот, заставило торопить друг друга. Диктатору приходится сдерживать столь пылко настроенных своих солдат. Разведчики донесли диктатору о том, что в бой вышли все этрусские регионы и, якобы, римлянам не выдержать. Увидев обороняющийся отряд легата, он сразу же понял невыгодность своих позиций. Надеясь на то, что легат сможет выдержать напор этрусков, диктатор избрал тактику изматывания противника и нападения на обессиленных со свежими силами легионеров. Для того, чтобы замысел Валерия не был раскрыт, в первую очередь двигались знаменосцы. Конница уже не могла маневрировать, и для этого диктатор оставил широкие проходы между манипулами.

Подходя к боевым позициям противника, все легионеры разом издали боевой клич, а всадники на большой скорости направились в сторону врага. Этруски не успели построиться порядком против натиска кавалерии. По словам Тита Ливия, помощь оказалась запоздалой, но свежими силами удалось отвлечь солдат Этрурии. После схватки, которая была относительно недолгой, этруски начали бегство и забились в самый дальний угол своего лагеря. “…бегущие застревают в узких воротах, многие взбираются на вал и насыпь, то ли чтобы защищаться с возвышенного места, то ли чтобы перелезть и убежать. Случайно в одном месте плохо утоптанная насыпь под тяжестью теснившихся на ней воинов вдруг обрушилась в ров, и они, большинство уже безоружные, бросились прочь, крича, что сами боги открывают им путь к бегству.”

Именно в этой битве была повторно сломлена военная мощь Этрурии. В качестве трофеев диктатор потребовал годовое жалованье солдат и двухмесячное довольствие для всей армии. Только после этого Валерий позволил отправить послов в Рим просить о мире. Было дано перемирие на два года. Диктатор с триумфом возвратился в город.

Ещё одной версией происходящего является то, что диктатор покорил Этрурию без единого сражения. Ему удалось достаточно мирным путём покончить с восставшими в Арретии и примерить род Цильниев.

Сложив с себя диктатуру, Марк Валерий в последствии стал консулом. Есть сведения, что он получил новую должность заочно, а консульские выборы проводил интеррекс. Вторым консулом 300 г. до н. э.. являлся Квинт Апулей Панса.

На границах римского государства царил мир. Этрусков сдерживал предыдущий разгром в войне и последующее перемирие. Самниты надолго запомнили поражение во Второй Самнитской войне. В Риме, наоборот, были рады, что многие граждане решили стать поселенцами на новых территориях, но угроза римского государства ударила с другой стороны. Внезапно народные трибуны Квинт и Гней Огульнии начали ссориться с первыми людьми государства. Разжигая борьбу патрициев и плебеев, они искали любые способы для обвинения сенаторов и знатных граждан.

Когда им это не удалось, они предложили закон, согласно которому к четырём авгурам и к четырём понтификам нужно добавить ещё четырёх понтификов и пятерых авгуров из плебеев. Именно этот законопроект вызвал негодование среди патрициев, так как религиозными обрядами всегда занимались по три патриция и один плебей. А судьбой этого закона распоряжались Аппий Клавдий и Публий Деций Мус. Вместе они говорили о правах патрициев и простого народа, выдвигали одинаковые доводы за и против, когда принимали в Риме Лициниев закон (о доступе плебеев к консульству). Публий Деций склонялся к принятию этого закона, вспоминая о том, что когда-то патриции были против видеть плебеев на государственных и военных должностях, хотя при этом многие из них подтвердили свою эффективность как в политической, так и в военной жизни. Народ после этой речи уже решился созвать трибы для принятия закона (299 г. до н. э.) но внезапно свой запрет наложили трибуны. На следующий день трибуны испугались накладывать запрет, и закон был принят при всеобщем одобрении.

Суд в Древнем Риме

В этом новом году Марк Валерий предложил ввести более строгие меры по закону обжалования к народу. Со времени начала республиканской системы управления это было уже третье предложение по данному закону, исходившее из одной и той же семьи (этот закон разрешал осужденному обратиться к народу с просьбой пересмотреть решение консулов и, возможно (см.: Саллюстий. Заговор Катилины, 51, 22), разрешал замену смертной казни на изгнание. Первое предложение по этому вопросу было сделано в 507 г. до н. э., согласно традиции, знаменитым Публиколой, второе —в 499 г. Внося свой закон в 300 г., Валерий Корв, согласно Ливию, подчеркивал, что он не предлагает нечто новое, а заботится об укреплении старого установления. Прим перевод. Истории Рима) Тит Ливий пишет, что в спорных ситуациях чаще имело значения богатства и влияния, чем свобода обычного народа. Валериев закон запрещал сечь и отрубать голову римскому гражданину (виновному), который обратился с обжалованием к народу Рима. Если же это нарушалось, то считалось всего лишь “дурным деянием”.

Марк Валерий пошел войной на воставших эквов. Второй консул (Апулей) осадил город Неквин. Город располагался на крутой возвышенности, где с одной стороны был отвесной склон. По словам автора Истории Рима, ни осадой, ни приступом взять город было практически невозможно.

Это дело перешло к новым консулам Марку Фульвию Пету и Титу Манлию Торквату (299 г. до н. э.). До этих выборов в тот год все центурии внезапно назвали консулом Квинта Фабия, который не хотел вступать должность. Он попросил использовать свои силы только совсем уж в критической ситуации, а на данный момент её не существовало. Фабий ограничился должностью курульным эдилом вместе с Луцием Папирием Курсором. В самом Риме добавилось две трибы - Аниенская и Терентийская.

Во время осады римлянами Неквина двое граждан этого города прорывают подземный ход наружу в своих домах (находились около городских стен) и тайно пробираются к римским сторожевым дозорам. Их отводят к консулам. Так как они обещают пустить вооруженный отряд внутрь городских укреплений, консулы решили не пренебрегать этими советами, но и не надеяться на них. Один из перебежчиков остался заложником у римлян, а со вторым отправились римские отряды на разведку - 30 воинов. Они проникли в город ночью и захватили ближайший ворота. Когда же были сломаны запоры, один из консулов и римское войско вошли в город и не встретили никакого сопротивления. Так Неквин перешёл под руководство римского народа. Именно после этого рядом было основано поселение на реке Нара. Названо это поселение Нарния.

Нарния. Современный вид.

С большой добычей консулы вместе со своими армиями возвратились в Рим. Несмотря на ранее заключенное перемирие, этруски снова готовились к войне. Но их планам не суждено было сбыться, так как на их территорию вторглось огромное войско галлов. Сначала они пытались договориться с ними о союзе против Рима. Для варваров важна была цена этого союза, но, когда объединённые войска вышли против Рима, внезапно галлы решили отказаться от договора и потребовали от этрусков, чтобы те предоставили им территорию для вечного поселения. Этрусские племена много раз собирались, но не могли решиться что делать с варварами. Они боялись быть соседями с таким диким народом. В итоге было решено просто о них откупиться. И вместе с варварами на север ушли огромные богатства Этрурии. Римляне узнали об этом и настолько перепугались, что заключили с народом пиценов союзный договор.

Консулу Титу Манлию (298 г. до н. э.) выпал жребии вести войну в Этрурии. Он отправился с армией на территорию противника, и во время конных упражнений его лошадь упала на спину. Сброшенный на землю консул чуть не умер. В итоге покинул мир он через три дня. Узнав об этом, этрусски воспряли духом и посчитали, что боги стали на их сторону. Сенат отказался от назначения диктатора, и было решено заменить погибшего консула избранием нового. Им стал Марк Валерий. Сенаторы сразу направили его с легионами в Этрурию. Только своим появлением консул настолько напугал этрусков, что они боялись выйти из-за своих укреплений и стен городов. Валерию оставалось только разорять поля этрусков и сжигать их сельские поселения. Вся Этрурия была в огне.

Новые союзники Рима – пицены сообщили о том, что самниты снова хотят браться за оружие и начать новую войну. Об этом стало известно, так как к пиценам пришли послы из Самния и попросили союза в борьбе против Рима. В самом Риме начались перебои с продовольствием, а именно с хлебом. Благодаря заботам Фабия Максима, который грамотно сумел распределить хлеб, заготовить и подвести продовольствие в город, обстановка стабилизировалась. Именно в этом 298 году до н. э. снова началось междуцарствие. Интеррексами были избраны Аппий Клавдий, а следом – Публий Сульпиций. Только последнему удалось провести консульские выборы, где консулами стали Гней Фульвий и Луций Корнелий Сципион.

В начале года к римлянам явились посланники луканцев с претензией к самнитам. Ситуация складывалась аналогичной, как у пиценов (склонение к военному союзу). Жители Лукании запомнили, чего им стоил союз с самнитами и, поэтому, они решили обратиться к жителям Рима. Просьбы заключались в принятии Лукании под римское покровительство и защиты от разбоя и насилия со стороны Самния.

Совещание в Сенате длилось недолго – все были согласны с союзом. По условиям заключения договора с луканцами к самнитам должны отправить фециалов с требованием возмещения ущерба и для передачи приказа - очистить от своих войск земли союзников Рима. На встречу фециалам самниты послали гонцов, которые предостерегли римских послов от встречи с племенами Самния. Узнав об этом, сенаторы постановили начать войну с самнитами, народ утвердил это решение. Это решение ознаменовало начало Третьей Самнитской войны. Разделение сфер военного влияния между консулами было следующим: Фульвию достались самниты, а Сципиону Этрурия.

Сципион был уже готов к началу затяжной войны, как в прошлый раз, но, внезапно, у Волатерр путь перегородил готовые к бою войска этрусков. Как описывает Ливий, битва шла большую часть дня и потери были относительно одинаковыми. Даже когда наступила ночь, до конца не было ясно, кто победил. На утро выяснилось, что этруски отступили, тем самым подтвердив свое поражение. Их пустой лагерь с богатой добычей был занят.

После этого консул отвёл свои войска на территорию фалисков и оставил в Фалериях обоз с небольшим количеством охраны. Налегке, вместе с легионерами Сципион отправился грабить вражеские территории. В этот раз после себя римляне оставляли не только опустошённые поля, но и “пепелище крепостей и поселений”. Единственное, на что не решался консул - на штурм крепостей. Другой консул (Гней Фульвий), находясь в Самнии, дал сражение противнику под Бовианом, в котором он одержал уверенную победу и пошёл приступом на город. После захвата Бовиана, ему покорилась и Ауфидена. Фульвий отправился в Рим для справления триумфа.

В этом же году (298 до н. э.) римляне продолжали заниматься колонизацией италийских земель. Они возвели во владениях креолов поселение Карсеолы. Непосредственно перед выборами новых консулов прошёл слух о том, что этруски и самниты снова собирают огромные армии. Эти народы сокрушались на своих старейших граждан за то, что те сначала не смогли грамотно вести войну, так ещё и не заключили выгодный союз с галлами ( для использования в схватке с Римом).

На самих выборах консулов ещё раз повторилась ситуация, какая была в прошлом году. Все взоры были устремлены в сторону консульства Квинта Фабия, который не желал и не видел критичной ситуации в происходящем вокруг Рима и не хотел брать на себя должность консула. Народ не отступал, несмотря на публичный отказ Фабия. Кандидат в консулы велел прочесть вслух закон, где в течение десятилетия не разрешалось избирать консулом одно и тоже лицо. Народные трибуны готовы были пойти на компромисс и защитить его от нарушения закона, отказавшись фиксировать это нарушение. Но в итоге всё равно народ выбрал именно Квинта Фабия, тогда он сказал:

Да будут угодны богам, квириты, и нынешние и грядущие дела ваши! И раз уж вы хотите, чтобы со мною все было, по-вашему, то и сами окажите мне милость при выборах моего товарища. Я прошу вас сделать консулом вместе со мною Публия Деция — мужа, которого мне довелось узнать при дружном исполнении нами консульства, мужа, достойного вас, достойного и своего родителя

Квинт Фабий Максим Руллиан
Консул 297 г. до н. э.

После этой речи к нему прислушались, и вторым консулом стал Публий Деций. В течение этого года в Риме многих граждан привлекли к суду за владение слишком большими земельными угодьями, так как это нарушало закон о распределении земли. Оправдаться почти никому не удалось. И как пишет Тит Ливий: “…на неумеренную алчность была накинута крепкая узда”.

В итоге Квинт Фабий Максим вступал в должность консула в 4 раз, а Публий Деций – в 3. Они обсуждали между собой, кто возьмёт на себя войну с Самнием, а кто с Этрурией и с какими силами нужно идти против каждого из противников. Во время совещания (297 г. до н. э.) прибыли послы из Непеты, Сутрия и Фалерий с информацией о том, что этруски обсуждают вопрос о мире с Римом. Тогда было решено направить весь удар на “зарвавшихся” самнитов. Консулы решили обмануть противника. Фабий, когда вышел из Рима, повёл войска в Самий через Соран, а Деций через владения сидицинов.

Начало войны и кампания 297 года до н.э.

Как только они оба подошли к границе Самния, в двух армиях были сформированы отряды, которые должны были грабить поля. Разведчиков также отправили, но ещё дальше, чем грабителей. В итоге последним удалось выяснить о ловушках, подготовленных самнитами у Тиферна. Фабий вступил в узкую долину, но предварительно оставил обоз в безопасном месте. Своим воинам он приказал ждать нападения. Построив легионеров в каре, консул направил их к местам засады самнитов. Солдаты Самния поняли, что их замысел раскрыли и решили не отступать, а выйти в полном боевом построении и встать “стеной” к римлянам. Фабий отдал приказ военным трибунам - своему сыну Максиму и Марку Валерию, чтобы тебе отправились к засадной коннице, и мотивировали последних спасать положение при критической ситуации.

Далее консул общается со своими подчинёнными. Легату Сципиону был отдан приказ вывести из боя гастатов первого легиона и окружным путём незаметно подойти к ближним горам, и только после того, как они заберутся на горы, внезапно напасть с тыла на противника. В это время в схватку уже вступили конные отряды римлян. На какой-то момент самниты смутились этим, но их строй оказался непоколебимым даже против стремительного натиска конных римских турм. Всадники осознали свою опасность завязнуть в схватке с пехотой, и ушли обратно за римский строй. В итоге полководцу пришлось менять гастатов на принципов. Последним удалось сдержат сильный натиск самнитов. Именно в этот момент шедшие в обход самнитских войск гастаты подняли знамёна на горах, тем самым напугав противника. Фабий решил воспользоваться моментом и стал ещё громче кричать о том, что это пришел второй консул с армией на помощь. Самниты от такого положения дел дрогнули и начали отступать. Жертв среди солдат Самния в этот раз было меньше, чем при других схватках. Тит Ливий приводит число убитых самнитов - 3400 человек, взятыми в плен около 830 и захвачено знамён в количестве 23.

Исходя из вышесказанного следует, что Рим полностью перешел из состояния полиса и округи в потенциального лидера по военно-политической мощи на всём Аппенинском полуострове. Чередование войны и дипломатии позволяло римлянам иметь более-менее стабильные отношения с окружающими народами, при этом полностью не зависеть от их помощи. Внутренняя политика Рима в очередной раз подтверждает, что её основным двигателем была борьба патрициев с плебеями за общие права и законы. Патрицианская добродетель также являлась вектором развития самой идеи римского полиса без возможности перехода в единое государство (все города Аппенин), что делает эпоху Римской Республики особенной по сравнению с аналогичными государственными образованиями того времени. В следующей части будет рассказано о завершении Третьей Самнитской войны и переходе большей части Апеннинского полуострова под контроль Римской Республики.

Литература:

1. Тит Ливий. История Рима от основания города.

2. Диодор Сицилийский. Книги: VII-XVII,

3. Дионисий Галикарнасский. Римские древности.

4. Полибий. Всеобщая история.

5. Аппиан Александрийский. Римская история.

6. Плутарх. Сравнительные жизнеописания.

7. Макиавелли Н. Рассуждение о первой декаде Тита Ливия.

8. Макиавелли Н. Трактат о военном искусстве.

9. Голицын Н. С. Всеобщая военная история. Древний мир. Часть 2. От Александра Великого до 2-ой Пунической войны (356-218 до Р.Х.)

10. Моммзен Т. История Рима в 5 томах. Том I. До битвы при Пидне.

11. Вильгельм Вегнер. Рим

12. Генрих Штоль. История древнего Рима в биографиях.

13. Виппер Р. Ю. Очерки истории Римской империи

14. Маяк И. Л. Римляне ранней Республики.

15. Немировский А. И. Ранняя Италия и Рим.

16. Тираспольский Г. И. Римские законы (предъюстинианская эпоха): словарь-справочник.

17. Токмаков В. Н. Армия и государство в Риме: от эпохи царей до Пунических войн.

http://www.sno.pro1.ru/lib/tokmakov_armiya_i_gosudarstvo_v_rime/index.htm

18. Панищев А. Л. Внешняя политика Древнего Рима в период царей и ранней республики.

19. Коннолли П. Греция и Рим. Энциклопедия военной истории.

20. Кембриджская история древнего мира. Том VII, книга 2. Возвышение Рима от основания до 220 г. до н. э.

21. Эдкок Ф. Военное искусство греков, римлян, македонцев.

22. Махлаюк А. В. Римские войны под знаком марса.

23. Козленко А. Участь поверженных https://warspot.ru/15781-uchast-poverzhennyh

24. Козленко А. Закат Этрурии: римское завоевание. https://warspot.ru/11029-zakat-etrurii-rimskoe-zavoevanie

25. Козленко А. В борьбе за Италию https://warspot.ru/21046-v-borbe-za-italiyu

26. Козленко А. Разделяй и властвуй. https://warspot.ru/17888-razdelyay-i-vlastvuy

27. Козленко А. Дети Марса и сыновья волка. https://warspot.ru/20385-deti-marsa-i-synovya-volka

28. Козленко А. Решающая схватка. https://warspot.ru/21196-reshayuschaya-shvatka

29. 100 битв, которые изменили мир № 151. Пилос и Сфактерия 425 г. до н. э. (изображение и опыт спартанского морского десанта).

Первая часть

Вторая часть

Третья часть

Четвертая часть

Пятая часть

Шестая часть

Седьмая часть

Восьмая часть

Девятая часть

P. S.: Уважаемые читатели! Вот уже более полугода (10 частей) мне удаётся поддерживать ваш интерес к военной истории Древнего Рима. К сожалению, в современном историческом образовании будет сокращаться материал, в том числе и по истории Античности. Этот период является основополагающим для современной цивилизации и, поэтому важно сохранять интерес к Древнему миру Средиземноморья с помощью научно-популярных и научных статей на всех доступных для этого интернет площадках. Я буду продолжать выпуск статей также - раз в месяц независимо от внешних причин.

Благодарю за внимание

0
6 комментариев
Написать комментарий...
Артём Сёмин

Спасибо большое за работу!

Можешь пожалуйста ссылки на все части добавить и в старые тоже?

Ответить
Развернуть ветку
Олег Орлов
Автор

К сожалению, я не могу редактировать старые статьи.

Ответить
Развернуть ветку
Сергей Л

Ееее, образовачи на ДТФ, найс

Ответить
Развернуть ветку
Alexey Ulanov

Я бы посоветовал этот документальный фильм для лучшего понимания древнеримской истории

Ответить
Развернуть ветку
Кекман
2к22 год.
Серьёзно верить в каких-то римлянов в смешных разноцветных доспехах и писать лор по этому
Ответить
Развернуть ветку
Алексей Кондауров

Уважаемый автор, а вы не думали публиковать текст в данном сообществе, тема как раз то что нужно https://vk.com/catx2

Ответить
Развернуть ветку
Читать все 6 комментариев
null